Лео Таксиль – «Священный вертел»

Лео Таксиль – «Священный вертеп»

Leo_Taxil_Sacred_Den_RU.zip 1 MB

 

Лео Таксиль – «Священный вертеп»


ПРЕДИСЛОВИЕ

Часть I

1. СВЯТЫЕ РАСПУТНИКИ
2. ОТЦЫ КЛЕРИКАЛИЗМА
3. СВЯТОЙ ПРЕСТОЛ И ЖЕНЩИНЫ
4. СИКСТ III
5. ЛЕВ I
6. МЕЖДОУСОБИЦЫ СРЕДИ ПАП
7. ВЕЛИКИЙ ГРИГОРИЙ
8. ОМЕРЗИТЕЛЬНЫЕ НРАВЫ
9. ССОРЫ И ДРАКИ
10. ЧЕЙ ЖЕ МЛАДЕНЕЦ?
11. РЕЗИНОВАЯ СОВЕСТЬ
12. КАКОВ ХОЗЯИН - ТАКОВЫ И СЛУГИ
13. ПАСХАЛИЙ I
14. ПРОИЗВОДСТВО РЕЛИКВИЙ ОПТОМ И В РОЗНИЦУ
15. ОРГИИ И УБИЙСТВА
16. ВЕРНИТЕ ДЕНЬГИ!
17. ОБОЖЕСТВЛЕНИЕ ИКОН
18. УБИЙЦА, ВОР, ПЛУТ И ПРЕДАТЕЛЬ
19. СВИНОЕ РЫЛО
20. МОНАХИНИ И СВЯТОЙ ОТЕЦ
21. ПАПЕССА ИОАННА
22. КОМУ ТИАРА?
23. ОМЕРЗИТЕЛЬНЫЕ ПОДРОБНОСТИ
24. ДАМСКИЕ ПРОДЕЛКИ
25. АРХИЕПИСКОП ОСУЖДАЕТ НИКОЛАЯ I
26. ПЕРСТ БОЖИЙ
27. МОРАЛЬ ПЕРВОСВЯЩЕННИКА
28. ЕПИСКОП-БРАТОУБИЙЦА
29. ПАПА-ФАЛЬСИФИКАТОР
30. МЕСТЬ РИМЛЯНКИ
31. ЗАЖИВО РАЗЛАГАЯСЬ...
32. РАСПРОДАЖА С ПУБЛИЧНЫХ ТОРГОВ
33. АЛЧНОСТЬ МОНАХОВ
34. ИСТРЕБЛЕНИЕ САРАНЧИ
35. ВОР, УБИЙЦА И ДЕВСТВЕННИК!
36. ДВУХНЕДЕЛЬНОЕ ЦАРСТВОВАНИЕ
37. СТЕФАН VII
38. ПРЕСТУПЛЕНИЯ И БЕЗУМСТВА СТЕФАНА VII
39. ЦЕРКОВЬ В IX ВЕКЕ
40. ВОЗДУХА! ВОЗДУХА!
41. ИТОГИ ХРИСТИАНСТВА
42. ХРИСТОФОР-ПАЛАЧ
43. СВЯТЫЕ ОТЦЫ И КУРТИЗАНКИ
44. МАТЬ И ДОЧЬ
45. КАК ОПАСНО ИНОГДА ЛЮБИТЬ ИМПЕРАТРИЦУ.
46. ИНТИМНОЕ БЛАГОСЛОВЕНИЕ
47. ИОАНН XI, ВОЗЛЮБЛЕННЫЙ СВОЕЙ МАТЕРИ
48. ОТЛИЧНАЯ СЕМЕЙКА
49. ПОТЕРЯ ПРЕСТОЛА
50. ЦЕЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ СРЕДСТВА
51. КАРНАВАЛ В СОБОРЕ
52. КУРТИЗАНКА, ПРИЧИСЛЕННАЯ К ЛИКУ СВЯТЫХ
53. ПОТАСОВКА НА СВЯТОМ ПРЕСТОЛЕ
54. МЕСТЬ И УТЕХИ ПЕРВОСВЯЩЕННИКОВ
55. ЦЕНА КРЕЩЕНИЮ
56. ДОБРЫЕ ОСТАНКИ ТОЖЕ... УКРЕПЛЯЮТ ДРУЖБУ
57. ДВА ЧУДА
58. УБИРАЙСЯ С МОЕГО МЕСТА!
59. ПОКРОВИТЕЛЬ И ПОДОПЕЧНЫЙ
60. НОВЫЕ ПОДВИГИ БОНИФАЦИЯ
61. ПОСМЕРТНАЯ МЕСТЬ
62. СУЕВЕРИЯ
63. КАМНИ ПЛАЧУТ И... ПЛЯШУТ!
64. ПЧЕЛЫ - ПРОРИЦАТЕЛЬНИЦЫ
65. ОДНИМ УДАРОМ САБЛИ
66. ПЕРВАЯ МОЛИТВА
67. ВТОРАЯ МОЛИТВА
68. КАК ОСТАНОВИТЬ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ
69. ЧИСТИЛИЩЕ В СИЦИЛИИ
70. ПИСЬМО ИИСУСА ХРИСТА
71. ДОЛОЙ ТИРАНА!
72. ПАПА-МЛАДЕНЕЦ
73. ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО СЛОВ О БЕНЕДИКТЕ IX
74. ВРЕМЯПРЕПРОВОЖДЕНИЕ ПАПЫ В ОТСТАВКЕ
75. ТРИ ПЕРВОСВЯЩЕННИКА ОДНОВРЕМЕННО НА СВЯТОМ ПРЕСТОЛЕ

Часть II

76. СВЯТАЯ ЧЕТВЕРКА
077. КРОВАВАЯ БАНЯ
078. КЛИМЕНТ II
079. КОМУ СЕСТЬ В КРЕСЛО?
080. СТАРЫЙ ЗНАКОМЫЙ
081. БЕНЕДИКТ IX-НА ВЕКИ ВЕЧНЫЕ...
082. ГОНИ МОНЕТУ!
083. ПРИЗНАНИЕ СВЯТОГО ОТЦА
084. КАК ДВЕ ЛАВОЧКИ КОНКУРИРОВАЛИ ДРУГ С ДРУГОМ
085. ДЬЯВОЛ У ОБЕДНИ
086. СУДЬИ И ПОДСУДИМЫЕ
087. ЧЕГО СТОИТ НАИЛУЧШИЙ ПАПА?
088. ТРУДНЫЙ ВЫБОР
089. ФАНАТИЗМ
090. БОИ ЗА ПАПСКИЙ ПРЕСТОЛ
091. АЛЬДОБРАНДИНИ, ИЛИ НЕОПАЛИМЫЙ МОНАХ
092. ЖОНГЛЕРЫ ВСЕВЫШНЕГО
093. "IN VINO VERITAS!" (Истина в вине!)
094. ГРИГОРИЙ VII
095. ГРИГОРИЙ - ПОБОРНИК АСКЕТИЗМА
096. ЗАГОВОР ПРОТИВ ГРИГОРИЯ VII
097. ГЕНРИХ IV В КАНОССЕ
098. ДЬЯВОЛЬСКИЙ ТРЮК ПАПЫ
099. ЧУДОТВОРНАЯ ТИАРА
100. МЕЖДОУСОБИЦЫ НА ТРОНЕ И СВЯТОМ ПРЕСТОЛЕ
101. ПРАВДА О KPECTOBbIX ПОХОДАХ
102. ПАСХАЛИЙ II - ВЕРНЫЙ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬ ГРИГОРИЯ VII
103. УЧИТЕЛЬ И ЕГО ДОСТОЙНЫЙ УЧЕНИК
104. БОРЬБА ДВУХ СОПЕРНИКОВ
105. ХРИСТИАНСТВО - РЕЛИГИЯ МИЛОСЕРДИЯ
106. ЛЮБОПЫТНАЯ КНИЖИЦА
107. ШТАБ-КВАРТИРА КАТОЛИЧЕСКОГО ВОИНСТВА В ОПАСНОСТИ
108. КТО ЕЩЕ ИЗ СВЯТЫХ СПОДОБИЛСЯ ТАКОЙ МИЛОСТИ?
109. АДРИАН IV
110. ГИБЕЛЬ АРНОЛЬДА БРЕШИАНСКОГО
111. АЛЕКСАНДР III
112. РАСПРАВА С ВАЛЬДЕНСАМИ
113. ЛУЦИЙ III
114. ГРИГОРИИ VIII
115. ПАПЫ XIII ВЕКА
116. ФРАНЦИСК АССИЗСКИЙ
117. ГОНОРИЙ III
118. ГРИГОРИЙ IX
119. ЦЕЛЕСТИН IV
120. ИННОКЕНТИЙ IV

Часть III

121. АЛЕКСАНДР IV
122. БОНИФАЦИЙ VIII
123. СВЯТОЙ ГОД
124. ДОМИК В ЛОРЕТО
125. ТРИУМФ ШАРЛАТАНОВ
126. ШАЙКА БАНДИТОВ
127. ИОАНН XXII
128. ОТПУЩЕНИЕ ГРЕХОВ ПО ПРЕЙСКУРАНТУ
129. БАНДИТЫ В ТИАРЕ
130. МАССОВОЕ ИЗБИЕНИЕ ЕРЕТИКОВ
131. ПОТАСОВКА ХИЩНИКОВ И БАНДИТОВ
132. ИОАНН XXIII
133. ПРОСВЕЩЕННЫЙ ШАРЛАТАН И РАСПУТНИК
134. САД ПЫТОК
135. ТИАРОНОСНЫЙ УБИЙЦА
136. РУБИТЕ ГОЛОВЫ, НО ПЛАТИТЕ!
137. ЗОЛОТАЯ ФЕЕРИЯ
138. ГОРЕСТНАЯ ИСТОРИЯ ТРЕХ ХРАБРЫХ ЮНОШЕЙ
139. ФИНАНСОВЫЕ ОПЕРАЦИИ СВЯТОГО ОТЦА
140. ТРЕЗВЫЕ МЫСЛИ
141. ИЗБИРАТЕЛЬНЫЙ КАВАРДАК
142. УБИЙСТВО ПО ДОВЕРЕННОСТИ
143. ОХОТА НА ЧЕЛОВЕКА
144. ПОСЛЕДНИЕ ЗВЕРСТВА ИННОКЕНТИЯ VIII
145. АЛЕКСАНДР VI
146. ЮЛИЙ II
147. БОЛЕЗНЬ, НИСПОСЛАННАЯ ПРОВИДЕНИЕМ
148. ЛЕВ Х НА ПРОДЫРЯВЛЕННОМ КРЕСЛЕ
149. ВЕЛИКИЙ ЛИЦЕМЕР
150. ТРАГЕДИЯ ПОСЛЕ ВОДЕВИЛЯ
151. ЯРМАРКА ИНДУЛЬГЕНЦИЙ
152. ЛЮТЕР И ЛЕВ Х
153. МИЛЛИОНЫ ЖЕРТВ

Часть IV

154. УБИЙСТВО В ТРЕХ АКТАХ
155. КЛИМЕНТ VII, ГЕНРИХ VIII И КАРЛ V
156. УБИЙСТВА, ИНТРИГИ И РАЗВЛЕЧЕНИЯ
157. СОВЕСТЬ НА АУКЦИОНЕ
158. ПАВЕЛ III И ЕГО СЕМЕЙСТВО
159. РЕЛИГИОЗНАЯ МОРАЛЬ В ДЕЙСТВИИ
160. ОДНА НА ДВОИХ
161. ОРГИИ В ВАТИКАНЕ
162. ПРО СТОРОЖА ОБЕЗЬЯН И ВЛЮБЛЕННОГО ПАПУ
163. ЯБЛОКО ЕВЫ И ПАВЛИН СВЯТОГО ОТЦА
164. ПАВЕЛ IV, ДРУГ ИЕЗУИТОВ
165. ПИЙ IV
166. ЧРЕЗМЕРНАЯ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТЬ ГУБИТЕЛЬНА
167. ЗЛОВЕЩЕЕ ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЕ
168. ЗЛОДЕЙСТВА ПАПЫ - ПЫТКИ И КАЗНИ
169. КАЗНЬ МАТЕРИ
170. ВЕРЕВКУ НА ШЕЮ ЗА СЛОВО...
171. ХРИСТИАНСКИЕ СВЯЩЕННИКИ И ЖРИЦЫ ЛЮБВИ
172. ТРИ ЧУДОВИЩА
173. НИКАКОЙ ПОЩАДЫ!
174. ПОСЛЕДНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ СВЯТОГО
175. ГРИГОРИЙ XIII
176. ВАРФОЛОМЕЕВСКАЯ НОЧЬ
177. НОВЫЕ ЖЕРТВЫ РЕЛИГИИ
178. ИЕЗУИТЫ ЗА РАБОТОЙ
179. НЕУДАЧИ ПАПЫ
180. ФИЛИПП II ОБХОДИТ ПАПУ
181. СЕРИЯ ЗАГОВОРОВ
182. ФИГЛЯРСТВО ГРИГОРИЯ XIII
183. ПРЕЕМНИК ГРИГОРИЯ XIII
184. УХИЩРЕНИЯ БУДУЩЕГО ПАПЫ
185. ПЕЧАЛЬНЫЙ ДЕБЮТ
186. СИКСТ V ПЫТАЕТСЯ УГРОЖАТЬ КОРОЛЯМ
187. ПАПА И БЛАГОЧЕСТИВЫЕ ОТЦЫ
188. ЛИЦЕМЕРНАЯ ПОЛИТИКА
189. ГНУСНОЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВО
190. СПОР МЕЖДУ ПАПОЙ И ИМПЕРАТОРОМ
191. МЕСТЬ СЫНОВ ИГНАТИЯ ЛОЙОЛЫ
192. УРБАН VII
193. НА СВЯТОМ ПРЕСТОЛЕ - ЧЕСТНЫЙ ЧЕЛОВЕК!
194. С ДОБРЫМИ ОТЦАМИ ШУТКИ ПЛОХИ!
195. ГРИГОРИЙ XIV
196. БЕДА ЗА БЕДОЙ
197. ИННОКЕНТИЙ IX
198. КЛИМЕНТ VIII
199. ОБРАЩЕНИЕ НЕЧЕСТИВОГО ГЕНРИХА
200. ТРЕБОВАНИЕ ЦАРЕУБИЙСТВА
201. ВПЕРЕД, НА ИЕЗУИТОВ!
202. ЖАН ШАТЕЛЬ ПОВИНУЕТСЯ ДОБРЫМ ОТЦАМ
203. ПРОВАЛ ЧЕРНОЙ БАНДЫ
204. ТРУСЛИВОЕ ОБРАЩЕНИЕ
205. ЦЕЗАРЬ, ПОБЕЖДЕННЫЙ КЛИМЕНТОМ
206. ПОРАЖЕНИЕ И КОНЕЦ КАТОЛИЧЕСКОГО ТИРАНА
207. ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЕЗУИТОВ
208. КОНЧИНА СВЯТОГО ОТЦА
209. ЛЕВ XI
210. ПАВЕЛ V
211. ЕГО СВЯТЕЙШЕСТВО ПРИСТРАИВАЕТ РОДСТВЕННИКОВ
212. ПАВЕЛ V И ВЕНЕЦИАНСКАЯ РЕСПУБЛИКА
213. ИЕЗУИТЫ В АНГЛИИ
214. ПОЛЕМИКА МЕЖДУ ТРОНОМ И АЛТАРЕМ
215. ИЕЗУИТЫ И УНИВЕРСИТЕТ
216. ДОБЛЕСТНЫЕ ОТЦЫ ПОДНИМАЮТ ГОЛОВУ
217. ДВОЙНАЯ НАГЛОСТЬ ИЕЗУИТОВ
218. САЛАТ ИЗ ПОЛИТИКИ И РЕЛИГИИ

Часть V

219. СЕМЬЯ БОРГЕЗЕ И РИМСКИЙ ДВОР
220. ГРИГОРИЙ XV
221. ВСЕОБЩЕЕ ИЗБИЕНИЕ
222. ПАПСКИЕ ПРИВЕТСТВИЯ
223. ПОСЛЕДНИЙ ПЛАН ПЕРВОСВЯЩЕННИКА
224. УРБАН VIII
225. ПОЛИТИКА СВЯТОГО ОТЦА
226. ЦЕРКОВЬ ПРЕСЛЕДУЕТ ГЕНИЯ
227. ЖЕРТВЫ СУЕВЕРИЯ
228. ДОКТРИНЫ И МОРАЛЬ ДОБРЫХ ОТЦОВ
229. СТАРЫЙ ПЕТУХ С ДВУМЯ КУРИЦАМИ
230. КТО В ЛЕС, КТО ПО ДРОВА
231. МЕСТЬ ОЛИМПИИ
232. РАЗИТЕЛЬНАЯ ПЕРЕМЕНА
233. РЕЛИГИОЗНЫЕ НЕПРИСТОЙНОСТИ
234. ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЯСНОВИДЯЩЕЙ
235. ВО СЛАВУ ГОСПОДА!
236. ПЬЯНСТВО, ВЕРОЛОМСТВО, МОШЕННИЧЕСТВО
237. ПАШИ ЦЕРКВИ
238. ЦЕРКОВНЫЕ ПАЯЦЫ
239. ПОТРЕВОЖЕННЫЙ СВЯТОЙ
240. МЯТЕЖ СУТАН
241. ИЕЗУИТ, СОЖЖЕННЫЙ ДОМИНИКАНЦАМИ
242. ПОРАЖЕНИЕ ИЕЗУИТОВ
243. КЛИМЕНТ XIV
244. ПИЙ VI И ЕГО СЕМЬЯ
245. ПИЙ VI - ВОР И УБИЙЦА
246. ПИЙ VI И БОНАПАРТ
247. РИМСКАЯ РЕСПУБЛИКА
248. ЛЮБОВЬ И ИЗМЕНА
249. БОНАПАРТ И ПИЙ VII
250. КОГДА ДЬЯВОЛ СТАРИТСЯ
251. ВОЗВРАТ К СРЕДНЕВЕКОВЬЮ
252. ПОСЛЕДНИЙ ПАПА - НЕОГРАНИЧЕННЫЙ МОНАРХ


 

ПРЕДИСЛОВИЕ


18 июля 1870 года на Первом Ватиканском соборе с согласия 533 его членов было утверждено постановление о неограниченной всеобщей епископской власти римского папы и "богом откровенное" учение о непогрешимом авторитете папы в вопросах веры или нравственности. Лишь несколько участников собора не пожелало голосовать за этот догмат. Один из них, хорватский епископ Иосиф Штроссмаер, заявил, что смыть грязь хотя бы с одной странички истории папства не смогли бы все воды Тибра. Два месяца спустя, в сентябре 1870 года, был положен конец светскому господству "непогрешимого" папы Пия IX - войска гарибальдийцев прогнали из Рима остатки собравшегося на собор духовенства. Рим был присоединен к Италии и стал ее столицей.

В 1879 году в Париже вышла книга двадцатипятилетнего журналиста и писателя Лео Таксиля "Скуфь и скуфейники" (Скуфья - круглая шапочка из одной тульи, без полей, головной убор римских пап; скуфейники - те, кто носят скуфьи, т.е. папы), которая должна была показать читателям, каковы же они, эти "непогрешимые" папы. Читатель познакомится с сокращенным переводом этого памфлета, который получил в русском издании заглавие "Священный вертеп" (думается, это название вполне адекватно выражает содержание книги).<...>

Габриэль Антуан Жоган-Пажес (таково настоящее имя Лео Таксиля) родился в 1854 году в Марселе в семье небогатого служащего. Детские и юношеские годы его прошли в иезуитском коллеже. Однако, усиленное сугубо религиозное воспитание не сделало его глубоко верующим. Из коллежа он вышел если и не атеистом, то убежденным антиклерикалом.

Первые годы своей писательской жизни он посвящает самым разнообразным жанрам: пишет газетные репортажи и фельетоны, одноактные комедии, выпускает повесть "В летнюю жару". Постепенно одна тема начинает превалировать в его творчестве - критика религии и ее служителей. Прибыв в Париж в 1879 году, он целиком отдается этой теме и воплощает ее в жанре антирелигиозного сатирического памфлета. Всего лишь за пять лет им написано и опубликовано около двух десятков острых сатирических памфлетов: "Любовные похождения папы Пия IX", "Сын иезуита", "Семейство Борджиа", "Отравитель Лев XIII и пять миллионов каноников", "Жизнь Иисуса" и другие.

Солидная историческая и теологическая подготовка, богатая эрудиция, блестящее владение пером, ирония и сарказм, пронизывающие книги Таксиля,- все было направлено на борьбу против всевластия римских пап, против застывшей системы христианской догматики, самих основ христианского вероучения - представлений о первородном грехе и его искуплений, триединстве бога, о "вочеловечении" Христа, о крещении, о рае и аде, о папе как наместнике бога на земле и т.д. Естественно, что Таксиль становится для католической церкви одним из опаснейших противников.

И тут происходит неожиданное. В энциклике "Род человеческий", которую обнародовал папа Лев XIII в апреле 1884 года, содержался призыв к решительной борьбе с атеизмом, неверием, свободомыслие объявлялось делом рук дьявола. Каково же было изумление и восторг защитников религии, когда они узнали, что даже самый законченный вольнодумец и насмешник Таксиль внял призыву папы! Со слезами на глазах, стоя на коленях, просил он принять его обратно в лоно "матери-церкви".

Церковь с распростертыми объятиями, хотя и с некоторой опаской, приняла блудного сына. Теперь он должен был доказать свою искренность и приверженность католицизму. И он доказал! Еще 8 декабря 1864 года папа Пий IX обнародовал энциклику и "Силлабус" - два документа, в которых он объявлял войну всякому прогрессу и либерализму, всей современной культуре и цивилизации и отрицал всякую терпимость по отношению к иноверцам, всякую свободу веры и совести. В следующем году проклятие обрушилось на масонов как на "преступную секту, посягающую на божественные и общественные установления".

Масонов католическая церковь считала орудием дьявола, которое он избрал для борьбы с орденом иезуитов, боялась их и при любом удобном случае на них нападала. Позже, в 1896 году, в Тренте состоялся даже специальный конгресс, направленный против масонов. Именно масонов Таксиль избирает своей мишенью и на протяжении двенадцати лет выступает с разоблачением их дьявольских козней раскаявшийся грешник и жертва происков Сатаны, он теперь сам стремится вырвать из когтей дьявола заблудшие души. Одной из них была некая Диана Воган, которая якобы еще при рождении была обручена с дьяволом Асмодеем. Усердие Таксиля было высоко оценено Ватиканом. Сам папа Лев XIII принял писателя у себя во дворце, допустил его к целованию "святой" туфли и благословил на дальнейшие подвиги во славу церкви в борьбе с безбожниками и дьяволом...

19 апреля 1897 года в большом зале Географического общества в Париже Таксиль в присутствии многочислен ной аудитории поведал о своей мистификации: на протяжении двенадцати лет он дурачил церковь и публику, выдумывая фантастические истории о проделках дьявола Таксиль хотел узнать, каковы возможности распространения веры во всякую чертовщину в среде священнослужителей. Оказалось, они беспредельны. Любой фантастический вымысел Таксиля о шабашах ведьм, деяниям дьявола и т.д. принимался виднейшими епископами, кардиналами и самим папой за чистую монету, во всяком случае, использовался ими для оглупления легковерных людей. Мистификация увенчалась успехом.

Скандал был невероятный. Французский публицист Анри Рошфор (1831-1913) писал: "Святейший отец, милостиво принимавший мистификатора в личной аудиенции, не может доказать свою непричастность к этому делу. Эта штука полностью уничтожает непогрешимость святейшего папы, которую он возвел в нерушимый догмат. Во что превращается - раз святой отец не мог заметить, какую шутку разыгрывал его посетитель,- то божественное наитие, на котором, с точки зрения благочестивых католиков, основано могуществе преемников апостола Петра? Лео Таксиль издевался над папой и христианством, но ведь и святейший отец издевался над нами... Одно из двух: или вышеупомянутый святой и непогрешимый папа не более непогрешим, чем все мы,- тогда ему надлежит немедленно подать в отставку... Или же, если папа действительно непогрешим, значит, он был сообщником насмешника; папа использовал его в корыстных целях; - тогда надо послать жандармов с приказом арестовать святого отца за злоупотребление доверчивостью людей и мошенническое вымогательство".

Следует отметить, что в этом высказывании Рошфора нет никаких преувеличении. Папа действительно своим авторитетом содействовал успеху мистификации.

Итак, Таксиль снова стал на путь открытой борьбы против религии и церкви, с этого пути он не сходил до самой смерти в 1907 году.

Но и после кончины этого христианоборца и мистификатора его книги продолжают жить, помогая освобождению сознания многих людей от религиозных заблуждений и предрассудков. К числу таких книг принадлежит и "Священный вертеп", эта своеобразная история папства, почти за девятнадцать столетий.

Мрачная картина предстает перед нами. Ложь, предательство, убийство, стяжательство, разврат - вот основные деяния тех, кто провозглашал себя наместниками бога на земле, проповедовал терпение, кротость и смирение!

- Неужели это правда? - может спросить читатель.- Неужели все руководители католической церкви были такими страшными, корыстными, развратными людьми? Как же это все могло случиться?

Сказать, насколько Таксиль точен во всех деталях, очень трудно. Слишком обилен материал, Таксиль писал свою книгу на основе документов и исследований, которые были в распоряжении исторической науки в конце XIX века. За прошедшие сто лет, конечно, были обнаружены и новые материалы, характеризующие папство, появились новые исследования, написаны новые книги.<...>

И католическая церковь всегда понимала (да и не только католическая), что правда о частной жизни ее первосвященников способна не просто скомпрометировать истины христианства, но даже подорвать фундамент этого с таким трудом и тщанием возводимого на протяжении веков здания. И.Р.Григулевич справедливо пишет по этому поводу: "Церковь пытается скрыть от верующих все земное, прозаическое и обыденное в жизни и деятельности своего главы. Ведь, согласно церковной доктрине, папы римские не обычные смертные, а наместники бога на земле, они непогрешимы, им якобы несвойственны присущие обычным смертным слабости, чувства и страсти. Они будто бы озабочены лишь одним - спасением погрязшего в грехах человечества. Они бесконечно добры, отзывчивы на людские страдания, на людское горе, всегда готовы прийти на помощь страждущим. Как правило, так рисуют пап апологеты церкви. Такой идеализированный образ римских понтификов навязывается верующим.

Частная жизнь пап - запретная тема не только потому, что человеческие черты принизили бы образ пап в глазах верующих, лишили бы их священного ореола, но и потому, что многие из пап были отнюдь не праведниками". Справедливость последнего утверждения вынуждены признать даже церковные историки. Так, автор шестнадцатитомного труда по истории папства Людвиг фон Пастор, работавший по заданию папы Льва XIII, признавал порочность таких пап, как Сикст IV, Александр VI, Лев X; бенедиктинец Паоло Кальяри соглашался, что стремление к обогащению и возвеличиванию своей родни было присуще папам Александру VI, Урбану VIII, Льву X, Павлу III, Александру VII; иезуит П.Такки-Вентури обличает "греховную" жизнь пап Александра VI, Юлия II, Павла III Однако позиция церковных апологетов противоположна позиции Таксиля и объективных исследователей. Они стремятся углядеть в факте наличия в истории католической иерархии аморальных и ничтожных личностей свидетельство, подтверждающее крепость церкви. Разве это не божественное, сверхъестественное чудо, говорят они, что церковь, управляемая такими чудовищами, сохранилась, и не только сохранилась, но и выросла, и укрепилась?

Ну что ж, можно и признать это чудом, только у этого чуда конечно же чисто земные корни.<...>

Религия, не способная объяснить явления окружающего мира и смысл человеческого существования, превращает человеческие проблемы в некие божественные тайны, а человечество помечает клеймом проклятия и греха, который оно должно искупить. Массовая религиозная вера есть своего рода отражение социальных противоречий, складывающихся независимо от воли и желания отдельных людей.

Возникшее два тысячелетия назад христианство, если первоначально и осуждало царящий на земле порядок и гневно бичевало сильных мира сего, суля гибель развращенному и обезверившемуся римскому рабовладельческому обществу, вскоре пошло на компромисс с миром угнетателей, отказалось от своих бунтарских призывов и стало выполнять основные функции религии - утешать, обнадеживать, призывать к равенству перед богом, уводить от реальных задач. Увековечение несправедливого социального строя под флагом борьбы за справедливость - одна из характерных черт христианской религии.

Католицизм - наиболее распространенное направление христианства (по данным зарубежной статистики число его приверженцев превышает 700 миллионов). Строго централизованная католическая церковь во главе с папой римским оказывает заметное влияние на политическую, общественную, культурную жизнь многих стран, в особенности тех, где большинство населения католики, где католицизм - государственная религия (как, например, в Италии, Испании). Верхушка католической церкви внимательно следит за распространением идей католицизма, стремится вовлечь в лоно церкви новых верующих. Этому способствуют разнообразный и разветвленный пропагандистский аппарат, такие мощные средства пропаганды, как кино, радио, телевидение, печать, деятельность миссионеров и различного уровня католические учебные заведения - от начальных школ до университетов.

Разумеется, сегодня христианство не такое, как вчера. Стремясь удержать верующих, паству, оно перестраивает свои позиции в духе времени, ведет более тонкую политику, даже отказывается от некоторых своих принципов. На Втором Ватиканском соборе католическая церковь, например, дабы удержать пасомых и свои позиции в общественной жизни, каялась и признавала некоторые ошибки, допущенные в прошлом. В значительной мере изменили свои позиции и римские папы, начиная с Иоанна XXIII.

История показала - и сегодня это видно еще более ясно,- что от такого явления, как религия, простыми насмешками не отделаешься. Избавление от религиозной веры, притупляющей сознание людей, искажающей их чувства, помыслы, поступки,- процесс сложный, длительный, зависящий главным образом от социальных преобразований. Но велика также в этом процессе роль литературы и искусства.<...>

Ст.Никоненко


Часть I


 

1. СВЯТЫЕ РАСПУТНИКИ


Клерикалы заявляют, что всякий свободомыслящий человек - подлец. Однако мы, люди более терпимые, не позволим себе утверждать, что все церковники - мерзавцы. Напротив, мы готовы даже признать, что и среди них попадаются весьма почтенные люди.

Но... но... и еще раз но!..

Перечислить всех малопочтенных людей, как вы сами понимаете, едва ли возможно - список будет слишком велик. А потому сделаем опыт: пусть сама история поведет нас по стопам священнослужителей, прославивших себя своими пороками. Опыт этот будет интересен и поучителен.

Когда, беседуя с ханжой, говоришь ему, что какой-нибудь представитель его касты - образцовый распутник, ханжа, осенив себя крестным знамением, обычно отвечает:

- Увы! Но ведь и среди двенадцати апостолов нашелся один Иуда!

Очевидно, это означает:

- Я согласен, и среди нас попадаются подлецы, но, право же, редко, очень редко...

Что ж, обратимся к истории и попробуем доказать, что негодяи среди церковников встречаются не так уж редко, а вот люди честные, наоборот, сверкают, как жемчужины в куче навоза. Жемчужинам, разумеется, честь и хвала, а навоз - на свалку!


 

2. ОТЦЫ КЛЕРИКАЛИЗМА


Оставим в стороне святого Петра и его первых преемников: сведения о них весьма неточны. Посмотрим, чем занимались основатели той религии, которая, по сути дела, переродилась в систему эксплуатации, как политической, так и коммерческой.

Еще в древние времена понтификата святого Петра мы находим секту христиан, последователей пастыря-женоненавистника Гермы. Это секта николаитов.

Под предлогом, что женщина - исчадие ада и исторгнута из недр преисподней на землю для совращения мужчин, николаиты считали более нравственным отдавать предпочтение собственному полу. Как видите, невеждымонахи нашей эпохи всего-навсего лишь плагиаторы.

Обратите внимание: секта николаитов состояла не из каких-нибудь вульгарных подонков. Ничего подобного: их глава Николай - один из первых семи диаконов Иерусалима.

При Аникете, двенадцатом папе, возникла секта гностиков. Они впали в другую крайность, утверждая, что женщина призвана быть общей собственностью.

Затем, при четырнадцатом папе, Элевтерии, появились валентиниане. Они не вступали в пререкания с обеими сектами; мудро сочетая обе точки зрения, они утверждали, что дозволены все виды распутства.

По приказу семнадцатого папы, Каликста I, при публичном доме была выстроена церковь и посвящена пресвятой деве. Молитва все очищает!

Урбана I духовенство должно помянуть особо: именно при нем церковь начала приносить доходы клирикам. Стоило какому-либо человеку принять христианство, как его немедленно убеждали, что земные блага препятствуют райскому блаженству. И испуганный чудак отказывался от денег и всего, чем владел.

Духовенство того времени не упрекнешь в нерасторопности, если выпадал случай поживиться за счет дураков. При восемнадцатом папе римско-католическая церковь начала настойчиво накапливать богатства.

Воспользуюсь случаем и приведу небольшой анекдот, относящийся к III веку.

Григорий Чудотворец, епископ Александрийский, видимо, и впрямь был святым мужем, поскольку его причислили к лику святых. Однако сей достойный прелат и к земным усладам не испытывал отвращения. С наступлением ночи, подобно многим церковникам нашего времени, он сбрасывал сутану и в тайных притонах своей епархии устраивал веселые пирушки. Впрочем, "устраивал" я обронил для красного словца; на самом деле епископ Григорий принадлежал к той категории людей, которых в простонародье именуют сквалыгами. Этот разгульный попик веселился за четверых в кругу сговорчивых дам и проворно исчезал именно в тот момент, когда наступала пора развязать кошелек. К несчастью, одна из жертв опознала епископа, когда он вышел к обедне, и нагло, во всеуслышание, потребовала плату за приятную ночь, проведенную вместе. Излишне описывать физиономию прелата! На сей раз епископу Григорию пришлось раскошелиться! Все это не помешало, однако, причислить Григория Александрийского к лику святых.

Новациан I был избран епископом Рима во время оргии. Чтобы обеспечить большинство голосов, у будущего епископа хватило смекалки предварительно напоить своих избирателей.

Первого из отшельников Фиваиды, носившего имя Павла, поймали с поличным, когда он прелюбодействовал с собственной сестрой.

Во времена святого Корнелия, двадцать второго папы, группа священников была осуждена за изнасилование монахинь одного монастыря.

Марцеллин, тридцатый папа, был не из того теста, из которого получаются мученики. Когда языческие императоры поставили его перед выбором - принести жертву Юпитеру или претерпеть пытки, он преспокойным образом отрекся от религии, первосвященником которой был, и воскурил благовония всем богам, каких только ему указали. Разумеется, это не бог весть какое крупное преступление по сравнению с тем, что творили Борджиа и весь синклит, но отметить это отступничество явно стоит: ведь папу Марцеллина занесли в святцы!

Мы у порога IV века. Вот где можно посмеяться вдоволь.

На заре этого века в Цирте, столице Нумидии, был созван собор для избрания епископа африканских провинций. Епископский жезл достался именно тому, кто из всех членов собора пользовался наихудшей репутацией.

Некий Бонифаций, также причисленный к лику святых, проводил свои досуги с куртизанкой по имени Аглая; об этом красноречиво повествуют благочестивые летописцы.

При тридцать четвертом папе, Сильвестре, священнослужители ударились в такой разгул, что пришлось созвать Неокесарийский собор, дабы утихомирить расшалившихся церковников и их дам. Один из епископов того времени даже похвалялся публично, что в его епархии одиннадцать тысяч священников вносят ему каждый год по золотому за разрешение сожительствовать с любовницами.

Валериане (еще одна из религиозных сект той эпохи) разрешали своим священникам спать с женщинами и девушками: ведь такие почтенные люди, конечно, гарантированы от всяких искушений. Все это записано в анналах Никейского собора.

Великий праведник Афанасий, епископ Александрийский, совершил немало убийств за время своего правления. Восемьдесят семь прелатов, собравшись на Антиохийском соборе, постановили: запятнавшего сан Афанасия отлучить от церкви, которую он обесчестил. Но святой муж не растерялся и в свою очередь предал анафеме всех епископов, выступивших против него. Причисленный к лику святых Либерии, тридцать седьмой папа, дважды отлучал от церкви Афанасия. Однако это нисколько не помешало причислить того же Афанасия к лику святых. Разберитесь-ка сами в этих делах, мне не по силам.

Перейдем сразу к тридцать девятому папе - Дамасию. Когда этого праведника возвели в священный сан, даже верующие отказались признать его: такая это была "светлая личность". Тогда Дамасий вместе со своими сторонниками ворвался в одну из церквей в Риме и перебил всех женщин, детей и стариков, находившихся там.

Верующие усвоили урок и покорились.

Один летописец того времени размышлял: "Когда я вижу блеск Рима, то понимаю людей, стремящихся получить сан епископа в этом городе. Ибо он дает им почет, богатейшие дары, благосклонность женщин, великолепную одежду и стол, превосходящий по своей изысканности стол царей".

Как и все грешные, Дамасий был человеком чувственным и, так сказать, пленником своих страстей. Сей святой отец был изобличен в прелюбодеянии. Но он крепко держался за свое место, черт побери!

Не забудем, что в те времена папа не был еще полным властителем Рима: ему приходилось подчиняться преемникам Константина. В смысле общего развития и нравственности тогдашнее духовенство не отличалось от нынешнего. Однако в те времена первосвященники вынуждены были считаться с законами римских императоров. Так, император Грациан, знавший цену благочестию и бескорыстию христианских священников, издал в 370 году указ, запрещавший церковникам заходить в дома вдов и одиноких девушек. Тот же указ запрещал церковникам под угрозой конфискации принимать в подарок или в наследство имущество своих духовных детей. Каждое воскресенье этот ордонанс оглашался в церквах Рима.

Он был вовсе не глуп, этот император Грациан!

Послушайте-ка вопли Иеронима по этому поводу. "Какой позор! - восклицает он.- Комедианты, фокусники, кучера имеют право наследовать беспрепятственно, а священникам и монахам в этом праве отказано".

Каково! Стрела попала в цель! Когда вы хотите, чтобы священнослужитель завопил, ударьте его по карману - это место у него самое чувствительное.

Вы думаете, указы императора Грациана приостановили деятельность церковников? Э, нет! Эта порода людей всегда умела искусно обращать закон в свою пользу.

Хитростью и обманом клерикалы под видом благотворительности строили часовни, скупали земли, собирали сокровища.

После Валента, Грациана и Валентинианна императоры вняли просьбам клерикалов, и указы прекратили свое действие.

Дамасия сменил на святом престоле Сириций. Сей папа явно чем-то не нравился высокочтимому Иерониму; этот древнехристианский писатель, защищавший Дамасия от римских императоров, не упускал случая съязвить по адресу нового папы.

Как известно, церковники изо всех сил превозносили почтенного старца. А между тем этот старец в своих творениях весьма недвусмысленно высказывается по поводу целибата. И его высказывания вполне совпадают с тем, что писал ваш покорный слуга, за что разъяренные церковники грозили ему судом.

Моя статья, вышедшая в сборнике "Долой рясоносцев!" под заголовком "Да оскопите же их!", развивает ту же тему. А ведь, в конце концов, я всего лишь повторил мысль известного христианского летописца, благочестивого Иеронима.

Этот отец церкви в одном из своих сочинений ставит в пример христианским священникам жрецов Древнего Египта. "Служители древней религии,- говорит он,- не имели никаких сношений с женщинами с тех пор, как они посвящали себя служению богу; чтобы побороть в себе вожделение, они воздерживались от мяса и вина, а жрецы Кибелы были все евнухами". И далее он добавляет: "Священники и монахи, принявшие обет целомудрия, должны идти по стопам языческих жрецов, когда им кажется, что дух их бессилен бороться с желаниями плоти".

Именно так писал высокочтимый Иероним. Так почему же, когда вам предлагают кастрацию, вы, господа священники, приходите в такую ярость? Сорвите в первую очередь нимб с головы вашего святого Иеронима и отправьте его в преисподнюю. Право, я убежден, что клерикалы поступили бы мудро, если б деканонизировали Иеронима; святой на склоне дней своих писал такие памфлеты против попов своего времени, что, выйди они из-под пера вашего покорного слуги, его бы затаскали по судам.

Папа, который возвел Иеронима в ранг святого с тремя нашивками, уж несомненно прошелся резинкой по памфлетам этого праведника, желая увековечить только то, что писал этот старец против императора Грациана.

Чтобы развлечь читателя, процитируем некоторые места из писаний Иеронима.

Однажды этот старец обратился с посланием к некой девице. Он рекомендовал ей сохранить девственность и давал мудрые советы на сей счет.

Послушаем Иеронима: "Дочь моя, если ты хочешь сохранить цветок своей девственности, избегай, как чумы, избегай этих лицемеров, которые домогаются духовного сана, чтобы иметь свободный доступ к женщинам".

Он знал свою клиентуру, этот праведник!

Продолжаем: "Эти гнусные священники носят сверкающие кольца на своих пальцах..."

Господа епископы, по вашему велению верующие падают ниц перед изображениями святого Иеронима. Спрячьте ваши руки, на которых сверкают роскошные перстни!

"Главное их занятие заключается в том, что они разузнают имена и дома красивых женщин и выведывают их склонности..."

Ого, отцы иезуиты, уж конечно эти строки о вас, иначе быть не может!

"Чтобы ты не вовлекла себя в обман,- пишет далее Иероним,- я раскрою перед тобой облик любого из этих священников, достигших большой сноровки в своем ремесле. Он встает тотчас после восхода солнца; порядок его посещений обдуман им заранее, он выбирает самые кратчайшие пути; он назойлив, этот старик, и пробирается прямо на женскую половину; если заметит подушку, богатое покрывало или что-нибудь из мебели по своему вкусу, он внимательно все оценит и начнет лицемерно вздыхать о своей бедности, и будет хныкать и скулить, пока ему не удастся что-либо вырвать. Алчность - основная черта его характера".

Если вам доведется присутствовать при визите любого капуцина в добропорядочный дом, вы убедитесь, что нравы духовенства нисколько не изменились.

Что касается епископов, то святой Иероним не очень церемонился с ними: "...Епископы под предлогом благословения протягивают руку, а взамен получают деньги; они становятся рабами тех, кто платит им, оказывают самые низкие, грязные услуги, дабы впоследствии завладеть их наследством".

А хотите узнать, что говорит святой Иероним о самом папе? Он просто обзывает его святейшество Сириция старым распутником в багрянице.

Вот письмо этого праведника к Марцелле:

"Раскройте Апокалипсис - и вы увидите, что апостол предсказал царство этой блудницы в багряной одежде, у которой на лбу печать святотатства. Поглядите на конец этого великолепного города, в нем воистину пребывала святая церковь, хранившая лавры апостолов и мучеников, где исповедовали Иисуса Христа и апостольское учение, но высокомерие, заносчивость его главы отвратили верных от истинного благочестия".

"Когда я пришел в этот римский Вавилон, один из придворных старой блудницы в багрянице заставлял меня принять догмы ее, которые являются сплошными заблуждениями. И тогда я написал свой труд, посвятив его самому папе. Я оставил этот проклятый город и вернулся в Иерусалим, покинул эти гнусные места, кишащие кабанами Ромула, бежал от этих бесчестных людей; я предпочитаю им обитель Марии, пещеру младенца Иисуса..."

Старая блудница! Римский Вавилон! Угости я подобными эпитетами папу Льва XIII, меня бы не причислили к лику святых!

Разумеется, я не из зависти к святому Иерониму привожу цитаты, я хочу лишь подчеркнуть: церковники не только ровно ничего не стоят, но к тому же они еще крайне нелогичны. И не потому ль я испытываю известное чувство удовлетворения, когда читаю историю канонизации святого Августина?

Этот отец церкви вполне достоин своей рясоносной рати.

Всю свою юность, как признают сами католики, блаженный Августин не любил ничего, кроме азартной игры и зрелищ; он похищал у отца все, что мог найти, и в конце концов мать была вынуждена выгнать его из дому. Впоследствии, когда Августина избрали епископом, он превратился в самого ревностного фанатика. Клерикалы испытывают к нему глубочайшее почтение. Они смотрят сквозь пальцы на все его проказы и распутства и упорно хотят видеть в нем только пылкого прелата, подкрепившего своим авторитетом формулу слепой веры: "Верую, ибо нелепо".

Раз мы уже бросили беглый взгляд на историю папства в IV веке (от Марцеллина I до Сириция), вероятно, не мешает сказать несколько слов и об императоре Константине - защитнике и подлинном спасителе христианской религии, которого первосвященники из благодарности причислили к лику святых. В самом деле, не будь Константина, христианство погибло бы при Диоклетиане.

Константин вовремя понял, что секта, подвергавшаяся гонениям, может помочь ему одержать победу над его противником Максенцием, и потому перешел на сторону христианского бога и принял христианство. Тем самым он извлек церковников из той могилы, куда их загнал Диоклетиан.- (Кстати, матери этого свирепого и коварного императора мы обязаны изобретением культа реликвий: святая Елена по возвращении из Палестины привезла оттуда множество драгоценных "святынь", которые начали стремительно размножаться, подобно тому как размножаются шарики под магической палочкой фокусника.)

Клерикалы очень гордятся императором Константином, а, между прочим, гордиться-то нечем.

Перечислим вкратце некоторые подвиги этого императора. Он заколол собственного сына Криспа, задушил в бане жену Фаусту, отдал приказ об убийстве своего двенадцатилетнего племянника Лициниана, который впоследствии мог бы потребовать отчета о том, как император избавился от его отца - мужа родной сестры Константина. Вот какую милосердную любовь проявлял этот великий святой к своей семье в то самое время, когда он возглавлял пресловутый Никейский собор, призванный выработать символ христианской веры!

С точки зрения простой гуманности этот император был чудовищем. Пруссаки, совершавшие, как всем известно, преступления в 1870 году, явно уступают ему в жестокости. Во время войны с франками (предками французов) Константин с неслыханной свирепостью расправлялся с пленниками: он отдавал их на растерзание диким хищникам, которых вела за собой его армия. К концу жизни, истощенный, он пытался подкрепить свои силы ваннами из теплой крови убитых для этой цели младенцев.

Таков этот святой, краса и гордость клерикалов!

В IV веке четыре императора пытались хоть как-то помешать усилению христианской церкви. Это были: Юлиан Философ, Валент, Грациан и Валентиниан. Валент был сожжен в своем шатре; Грациан убит; Валентиниан задушен подкупленными слугами. Что касается Юлиана, очень либерального государя, энергичнее других пытавшегося положить предел домогательствам церковников, то его погубила отравленная стрела. Церковная летопись утверждает, будто стрела эта была пущена с неба самим Христом.

Кто посмеет заявить, что в ту эпоху еще не существовали иезуиты?


 

3. СВЯТОЙ ПРЕСТОЛ И ЖЕНЩИНЫ


Мы подошли к V веку. Анастасий I сменил Сириция. При нем церковью завладели женщины. Просто невероятно, что проделывали святые старцы, пользуясь слабохарактерностью Анастасия!

Христиане того времени разделились на два враждебных лагеря, во главе которых стояли две куртизанки - госпожа Марцелла и госпожа Мелания. Некого Руфина, священника из Аквилеи, возлюбленного госпожи Мелании, жестоко ненавидела госпожа Марцелла. Руфин был крупным ученым, и труды его очень ценились современными ему богословами. Естественно, госпожу Марцеллу терзало уязвленное самолюбие, и, вероятно, она не раз твердила себе: "Почему я должна уступить Руфина моей сопернице?"

Снедаемая завистью, красавица обратилась к ученому с предложениями столь же нерелигиозными, сколь и непристойными. Она поставила на карту все, ни перед чем не остановилась, но... осталась с носом. По-видимому, этот Руфин крепко был привязан к госпоже Мелании. Известно, как мстительна бывает отверженная куртизанка. Оскорбленная в своих чувствах, госпожа Марцелла бросилась к святому отцу и разоблачила возлюбленного Мелании.

Святая блудница - святая, ибо эту куртизанку впоследствии причислили к лику святых,- заявила, что Руфин - еретик, так как перевел сочинение Оригена, что само по себе уже ересь.

Папа, если верить летописцам, не способен был ни в чем отказать госпоже Марцелле. Выслушав, он энергично взмахнул своим распрекрасным жестяным жезлом, добросовестно прицелился и - бац! - обрушился на несчастного Руфина. Впрочем, Руфин, отлученный от церкви, продолжал жить припеваючи.

Все происшествие свидетельствует лишь о том, что и в первые века клерикалы не отличались высокой нравственностью.

При Иннокентии I духовенство обогащалось в полную меру, обирая женщин, которых соблазняли галантные клирики.

Например, некая матрона, по имени Вестина, возлюбленная многих священников, истратила все свое имущество на церковь. В угоду папе Вестина построила в Риме роскошную базилику (ныне церковь Гервасия и Протасия), богато украшенную золотой и серебряной утварью. Так, дарохранительница для святого причастия, на главном алтаре, усыпанная драгоценными камнями, была из массивного золота; над крестильницей возвышался огромный серебряный олень, источавший воду; ларец, где хранят масло, предназначенное для изгнания бесов, был высечен из целого агата. Кроме того, в храме было тридцать шесть медных подсвечников, каждый весом в сто шестьдесят килограммов.

Прибыль, которую приносили принадлежавшие этой церкви дома и земли, достигала баснословных цифр.

Вестина же умерла в нищете: все ее имущество поглотила церковь.


 

4. СИКСТ III


Папа, сорок шестой по счету, правивший с 432 по 440 год, был вполне бравым мужчиной. Святой отец считал, что монастыри и гаремы - это одно и то же: и здесь и там должен властвовать один папа!

Представьте себе его положение.

Молодая девушка, вступая в святую обитель как Христова невеста, становится его супругой.

Что ж, раз Иисус Христос не в состоянии спуститься на землю, пусть пеняет на себя! Кому же иначе быть заместителем господа, я вас спрашиваю?

Разумеется, папе.

По крайней мере, так утверждали епископы.

И в самом деле, преподобный Сикст III, получив священные полномочия от самого Иисуса Христа, нисколько не стесняясь, выполнял все функции добропорядочного супруга по отношению к своим правоверным.

Однажды ему не повезло: монахиня по имени Хризоногия оказала ему сопротивление... Естественно, пришлось прибегнуть к насилию. В конце концов, папа он или нет, черт возьми?!

Но этого мало. Владыку Сикста III уличили еще в кровосмесительстве.

Его бурная деятельность вызвала возмущение среди верующих. Был созван специальный собор для суда над его святейшеством. Но под силу ли собору тягаться с папой? Сикст III находился в наилучших отношениях со своим клиром. Его подчиненные распутничали так же, как он сам; к тому же настоятели монастырей помогли солидным подкупом повлиять на собравшихся; в результате Сикста III признали невиновным!

Через три месяца после собора священник Басе, глава обвинителей святого отца, был отравлен. Папа с большой помпой похоронил своего врага, утверждая, что он скончался от обычного воспаления легких.

Тайну смерти Басса разоблачил только преемник Сикста III.


 

5. ЛЕВ I


Этот святой отец прославился тем, что издал весьма безнравственную буллу: христианский первосвященник закреплял за отцом право продавать свою дочь в наложницы всякому, кому захочет.

При нем Целидоний, епископ Вьеннский, был обвинен в насилиях и убийствах, в частности в убийстве мужа своей сожительницы. Обвинение подтвердилось, и специальный суд из провансальских епископов под председательством святого Илария Арльского постановил низложить Целидония.

Отметим, что церковным судом Целидоний был не осужден, а всего лишь низложен. Целидоний, которого в наши дни суд укатал бы на каторгу, отнюдь не чувствовал себя счастливчиком, напротив, он заупрямился и отказался покинуть свое место. И даже рискнул обжаловать решение суда перед папой: он-то понимал, что мораль святого отца весьма эластична.

И действительно, Лев I отменил решение суда. Несколько насилий, несколько убийств - не такое уж это важное дело, рассудил папа.

Когда же епископ Иларий Арльский возымел дерзость протестовать - не подобает, дескать, оставлять на епископском престоле человека, осужденного за уголовное преступление,- папа отлучил Илария от церкви. Знай свое место и впредь не вмешивайся в дела папы!

Еще через несколько лет общий собор епископов в Эфесе отлучил, в свою очередь, и самого папу Льва.

Однако все эти события не помешали благочестивым католикам одинаково почитать и Льва и Илария. Святой Иларий Арльский стоит в святцах под 5 маем, а святой Лев - под 11-м.

Вот она, логика клерикалов! Мудрено ли, что при такой логике все дозволено.

Напомним: в понтификат Льва возникло христианское братство адамитов. В эту секту входили представители обоих полов. Благочестивые церемонии (обедни, молитвы, молебны) они совершали совершенно нагими, а приступая к святому причастию, предавались непристойным объятиям.

Более подробно не стоит останавливаться на всех мистификаторских фокусах. Тошно!

Кроме Илария Арльского еще один из подчиненных Льва I имел несчастье поспорить с ним. Но он уже не отделался простым низложением. Речь идет о Присциллиане, старом священнике, понимавшем религию иначе, чем папа.

Его святейшество приказал схватить Присциллиана и подвергнуть позорной пытке. Присциллиана бросили в застенок, заковали в цепи, после чего монахи принялись выяснять: согласен ли он отречься от своих заблуждений? Признает ли папу наместником господа на земле?

Так как несчастный отказывался отвечать, палачи вложили ноги и руки его в тиски, а когда лопнула кожа и начали выходить кости из суставов, подтащили его к огню.

- Отрекись от своих ошибок, Присциллиан, и прославь Льва, отца верующих!

В страшных мучениях Присциллиан возносил молитвы к небу и отказывался славить папу.

Тогда приступили к пытке огнем. Несчастному спалили волосы и кожу на голове, прижигали тело раскаленным железом, капали на открытые раны горячим маслом, и, наконец, палач влил в него кипящую жидкость; после двух часов нечеловеческих страданий он испустил дух.

Присциллиана, как еретика, не причислили к лику святых. Иларию Арльскому повезло больше, чем замученному старцу. Ему удалось скрыться после отлучения, не то мы стали бы свидетелями того, как один святой стал мучеником с помощью другого святого.

Лев I прославил свое имя еще и тем, что якобы один отразил легионы Аттилы, завоевателя, который обрушился на Европу во главе диких и свирепых гуннов.

Вот что говорит предание.

Когда Аттила со своими полчищами двинулся на Рим, сжигая все на своем пути, испуганные жители, позабыв о старых распрях, сплотились воедино и вышли навстречу варварам.

Вполне естественно, что папа вместе со своими коллегами возглавлял этот крестный ход. Толпа, распевая во всю глотку гимны, подошла к стану короля гуннов. Потрясенный этакой встречей, Аттила полюбопытствовал, что сие значит. Папа Лев разразился вдохновеннейшей речью, тем более убедительной, что она была подкреплена значительной суммой. Оценив по достоинству выкуп, Аттила с дарами убрался восвояси.

Счастливый исход этого события стали вскоре приписывать чуду. Нашлись даже люди, утверждавшие, что своими глазами видели, как во время речи Льва I паривший в небесах старик с белой бородой, опоясанный гигантским мечом, приказал завоевателю отступить.

Чудо Льва I сработало всего лишь раз.

Когда спустя некоторое время в страну вторглись вандалы во главе с Гейзерихом, стоившим Аттилы, римские христиане попытались повторить уже испытанный трюк. Папа организовал крестный ход со знаменами, хоругвями и песнопением. Однако, надо думать, Аттила так основательно очистил городскую казну, что римлянам нечего было предложить Гейзериху. Король вандалов не внял воплям и стонам святого владыки, и чудо, обещанное Львом, кончилось весьма плачевно.

Гейзерих опустошил Рим. Разграбление святого города длилось четырнадцать дней: вандалы неистовствовали, а старик с белой бородой, паривший в воздухе во времена Аттилы, и не подумал явиться. Вандалы покинули город лишь после того, как в домах уже не осталось ни одного носового платка и ни одной красотки.

* * *

Перелистывая страницы истории, упомянем еще о нескольких церковных деятелях. Святого владыку Анастасия II, почившего в бозе в 498 году, сановники церкви именовали деспотом. Они же его и отравили. Это только подтверждает ту истину, что клерикалы страшнее волков, ибо волки, как они ни свирепы, не истребляют себе подобных.

Преемник Анастасия II, папа Симмах, был изобличен в адюльтере.

Святой Сабас, епископ Иерусалимский, был главой банды.


 

6. МЕЖДОУСОБИЦЫ СРЕДИ ПАП


Мы подошли к моменту, когда папство утвердило свое главенство над христианской церковью.

Как кипят страсти соперников! Какие стоны и вопли! Епископы при живом папе уже плетут интриги, выискивая возможных преемников.

Шестидесятый папа, Сильверий, низложенный епископом Вигилием, был сослан на пустынный остров Пальмария, где прожил девять дней без пищи. В конце концов монахи, надзиравшие за ним, не дожидаясь кончины Сильверия, задушили его.

Вигилий, шестьдесят первый папа, был известен как содомит. Кроме всего прочего он убил жезлом несчастного мальчика, посмевшего оказать ему сопротивление. Это убийство привело к мятежу. Восставший народ выволок папу из дворца и на веревке протащил по улицам Рима, подвергнув его публичному бичеванию.

Жизнь Вигилия - цепь тягчайших преступлений; при этом алчном плуте, растлителе, убийце духовенство предавалось бесконечным оргиям, монастыри превратились в лупанарии.

Вигилий умер, отравленный своим преемником - епископом Пелагием. При Пелагии один восточный епископ был уличен в кровосмесительстве.

При Иоанне III, шестьдесят третьем папе, двух французских прелатов осудили за насилия и убийства. Разгневанный тем, что приговор им вынес светский суд,- ведь это же покушение на власть церкви! - Иоанн приказал восстановить осужденных в их звании. По требованию папы прелатам в награду за тягчайшие преступления были отданы две епархии.

Во времена Пелагия II Григорий, епископ Антиохийский, был обвинен в кровосмесительстве с родной сестрой. Папа вызвал Григория в Рим, запретив разбирать его дело в светском суде. Вместо того чтобы выслушать показания свидетелей, его святейшество потребовал от Григория: пусть он присягнет, что не совершал преступления. Само собой разумеется, прелат поклялся перед святым евангелием, всемогущим богом и святыми апостолами, что невинен, как младенец.

Тогда наместник Христа на земле вынес следующее замечательное решение:

"Служитель бога, избранный нами,- один из руководителей нашей паствы и уже в силу своего духовного звания не способен на ложную клятву. Он присягнул, что невиновен. Следовательно, обвинители оклеветали его. Пусть несут ответ за содеянное. Мы должны покарать их!"

И действительно, свидетелей этого процесса, которым не дали даже раскрыть рта, приговорили к изгнанию, после того как, исхлестав плетьми, протащили по улицам.

Пелагий II опубликовал знаменитую буллу, в которой предложил епископам не убивать детей своих сожительниц, а отдавать на воспитание в монастырь, чтобы в будущем вырастить священников.

Умер он от венерической болезни, которую подцепил в одном из лупанариев Рима.


 

7. ВЕЛИКИЙ ГРИГОРИЙ


О святой человек! Добродетельный папа! Народы, падите ниц! Шестьдесят шестого папу, носящего имя Григорий, можно назвать даже не полузверем, а вполне законченным зверем. Все необходимые для этого качества были налицо!

Именно он изобрел знаменитое чистилище. И надо признаться, это очень остроумное изобретение.

Чистилищем (ignis purgatorium - очистительный огонь) называли то место, где очищались человеческие души, чтобы в чистом виде попасть в рай.

Многие богословы еще до Григория полагали, что огонь, о котором говорил апостол Павел, мог гореть не только при наступлении конца света, но и в промежутках между смертью и страшным судом. Лактанций в "Божественных установлениях" (кн. VII, гл. 21) говорит: "Пусть не думают, будто души предстают перед судом сразу же после смерти. Все души обитают в одном общем месте, где ждут испытания, которому они должны подвергнуться перед великим судьей. Тогда те, кто жил праведно, получат бессмертие; те, у которых обнаружатся грехи, не воскреснут, а будут повержены во мрак и обречены на мучения".

Григории Великий не стал вдаваться ни в какие рассуждения по этому вопросу, а просто заявил: "Душам могут принести облегчение молитвы, которые будут произноситься, пока они пребывают в чистилище. А освободить их из чистилища можно с помощью обеден, которые служат специально с этой целью". И далее: "Души покойных являются к живым; рассказывая о своих мучениях, они просят помочь им молитвами, а затем подтверждают, что молитвы и в самом деле облегчили их участь".

Чистилище, появившись на свет, принесло с собой массу индульгенций и обеден по 3 франка, по 100 су и 1 луидору.

Милости просим к церковной кружке, благочестивые верующие! Не скупитесь, побольше монет, а мы уж постараемся облегчить страдания вашего папаши и всех ваших близких! Аминь!

На совести святого Григория (если только она имелась у него) было еще и убийство: он отравил епископа Малхуса за бунтарство и отлучил его от церкви. Малхус умер в день своего отлучения, когда находился у легата, которому было поручено передать епископу грозную буллу папы.

Смерть Малхуса - "великое чудо", по словам самого отравителя, ибо в его внезапной кончине виден могущественный "перст божий".

При понтификате Григория произошло еще одно событие, которое в то время могли также причислить к чуду и объявить божественным промыслом. Это случилось во время ремонта огромного бассейна в главном монастыре церкви.

После того как выпустили воду, на дне водоема обнаружили несколько тысяч мертвых младенцев.

Едва ли кто поверит, что эти младенцы в женском монастыре, многократно посещаемом духовенством, произошли от духа святого.

Папа Григорий одним из первых понял, что власть клерикалов главным образом зиждется на невежестве, и всю свою деятельность направил на то, чтобы затуманивать мозги римского народа. По его указу истреблялись античные книги, манускрипты, полотна, скульптуры, памятники богатейшего языческого наследия. С этой точки зрения пребывание этого врага просвещения на святом престоле оказалось не менее роковым, чем все нашествия готов, гуннов и вандалов.

Сабиниана можно признать достойным преемником Григория. Под угрозой анафемы Сабиниан запретил народу обучаться грамоте: по его мнению, просвещение - это монополия монахов и священников.

Античные памятники искусства по его приказу погибли под ударом топора, самые драгоценные манускрипты бросали в огонь, и человечеству, но словам историка Мориса Лашатра, оставалось только оплакивать те сокровища разума, которые были погублены Сабинианом.

Сабиниан был одним из самых ненавистных священников того времени. После смерти Григория, когда церковники собрались, чтобы избрать нового папу, они не думали над тем, кто принесет наибольшую пользу своей пастве. Их интересовало лишь то, кому из кандидатов наиболее успешно удастся приумножить богатство церкви.

Вот почему Сабиниану достался трон святого Петра.

Этот папа был алчен, как губка. В своей непомерной жадности он не остановился даже перед тем, чтобы извлечь выгоду из народного бедствия. Когда в Риме разразился голод, Сабиниан, у которого в подвалах апостольского дворца хранились огромные запасы хлеба, стал распродавать его в обмен на золото.

Люди падали на улицах от истощения, и поведение папы вызвало возмущение граждан. К нему направилась делегация, умоляя во имя Христа спасти людей от гибели и дать бесплатно хлеб тем, кто не в состоянии уплатить за него.

Во имя Христа!.. Святой отец даже не принял представителей города, плевать он хотел на Иисусово милосердие.

Тогда народ восстал, и гнусный вымогатель поплатился жизнью за свою жестокость. Он был убит в своем дворце.

После смерти Сабиниана святой престол оставался вакантным в течение года. Епископы с оружием в руках оспаривали друг у друга трон святого отца. В конце концов тиран Фока, который в то время правил империей, навязал верующим Бонифация III. Именно этот папа получил титул вселенского епископа.

* * *

Бонифаций IV был законченным кретином. Им владела навязчивая идея: всех без исключения верующих превратить в монахов. Обратись весь мир в христианскую веру - ему и этого было бы мало. Он мечтал о подлинном воинстве Христовом, о полчищах монахов. Повсюду монахи, одни только монахи...

Бонифации IV даже придумал монашескую одежду, которая, по его понятиям, должна была походить на одеяние ангелов.

Вот что писал этот скудоумный святой:

"Монахи своим внешним обликом подобны славным херувимам. Капюшон, покрывающий их головы,- это два сверкающих крыла; длинные рукава сутаны - два других крыла, а развевающиеся полы образуют третью пару крыльев. Не значит ли сие, что монахи шестикрылы, как серафимы, и, следовательно, принадлежат к высшей иерархии ангелов?"

Пусть читатель не думает, что я для увеселения хоть единым словом погрешил против истины. Это - буквальная цитата из послания Бонифация IV.

Приверженность идее довела его до того, что он заставил своих родителей постричься в монахи и обратил их дом в монастырь.


 

8. ОМЕРЗИТЕЛЬНЫЕ НРАВЫ


При Мартине I противоестественный разврат стал язвой среди служителей церкви. Священники уже не довольствовались растлением мальчиков, они стали заниматься скотоложеством. Их постыдные деяния нельзя перечислять, не краснея от стыда. Достаточно сказать, что сам папа Мартин признал непристойность поведения этих грязных скотов, покрывших род человеческий позором.

В послании Амону, епископу Маастрихта, есть следующие строчки:

"С великою скорбью мы замечаем, что почти везде священники, диаконы и прочие клирики впадают в позорные грехи разврата, содомии и скотоложества. Те из этих гнусных негодяев, кого хотя бы раз поймают с поличным, будут низложены без надежды на восстановление когда бы то ни было".

Клир, который на пять шестых был смертельно заражен самыми ужасными пороками, не мог вытерпеть папу, пытавшегося исправить церковные нравы. Священники обвинили Мартина I в ереси и сослали на пустынный остров, где вскоре он закончил свое существование.

Святой престол занял Евгений I, пастырь, вполне достойный своего стада. Некий Максим, хризопольский аббат, попытался упрекнуть Евгения в том, что он надел тиару при жизни своего предшественника. Папа Евгений отдал распоряжение публично бичевать Максима на всех перекрестках города; после этого аббату отсекли язык и отрубили правую руку.

Папа Евгений объявлен святым. Комичнее всего, что последующие папы причислили его противника тоже к лику святых. Церковь чтит память Максима 13 августа, а Евгения - 27-го числа того же месяца.

Папа Агафон прославился тем, что отлучил от церкви папу Гонория, занимавшего престол святого Петра с 625 по 638 год.

Кто из этих двух пап более непогрешим?

Агафон умер от венерической болезни. Это, правда, не помешало его трупу совершать великие чудеса.


 

9. ССОРЫ И ДРАКИ


С 687 по 701 год на престоле святого Петра восседает редчайшая каналья. Перед нами папа Сергий I.

Когда его предшественник Конон находился на смертном одре, растерявшиеся клирики, разделившись на несколько групп, избрали сразу трех его преемников: Теодора, Пасхалия и Сергия.

Можете себе представить, как горячились эти претенденты на престол, какие были драки и побоища. Впрочем, чего ж удивляться: святой престол-дело нешуточное.

В эту свалку втянули даже верующих: сторонники Теодора организовали избиение сторонников Пасхалия в базилике святой Юлии. Сергий ловко воспользовался дракой между Теодором и Пасхалием: он подпоил и подкупил вооруженный отряд и завладел апостольской тиарой.

Пасхалия и Теодора бросили в подвал. Вскоре эти доблестные молодчики утихомирили свои страсти и даже поклялись повиноваться Сергию.

Сергий выпустил их на свободу. Святой отец Теодор не стал терять драгоценного времени и тут же публично обвинил отца Сергия в узурпаторстве, доказывая, что только его избрание является единственно законным. Ему удалось перетянуть на свою сторону большую часть духовенства, и Сергия выставили за дверь.

Однако и Сергий не пал духом. Он направил свои стопы в Равенну. В ту пору экзархом города был некий Иоанн Платин, неистовый молодец, любитель всяких ссор и драк. Сергий пообещал Платину златые горы, если тот поможет ему вернуть престол.

Два мошенника договорились, и вскоре Сергий с помощью Иоанна Платина вновь обрел тиару, которая, кстати сказать, была ему очень к лицу.

Водворившись на троне, святой отец хотел было рассчитаться с экзархом Равеннским за оказанную услугу по всем правилам истинного католика. Да только Иоанн Платин был суровым компаньоном, шутить с такой шельмой - беды не оберешься. К тому же папа номер два, Пасхалий, в свою очередь объявил, что ему также покровительствует злополучный экзарх. Волей-неволей Сергию пришлось выполнить взятые на себя обязательства.

Он снял из церквей все украшения, продал священные сосуды, канделябры, подсвечники, дарохранительницы, дошел до того, что отдал ростовщикам золотые венцы, украшавшие алтарь святого Петра.

Иоанн Платин, в конце концов ублаготворенный, покинул Рим.

Ревностно позаботившись о своем коллеге по престолу Теодоре, Сергий запер его в монастырь, а спустя девять дней, сразу же после мессы, Теодор отдал богу душу. Бедре вино к причастию прислал сам Сергий. Остальное понять нетрудно.

Папа Сергий обнародовал немало любопытных булл во время своего понтификата. Так, в одной из них он позволил священникам вступать в брак с публичными женщинами, правда не более одного раза. Он разрешил монастырям брать на воспитание детей с десятилетнего возраста. Можно представить, какая судьба ожидала несчастных детей среди людей, обрекавших себя на безбрачие: в ту эпоху безбрачие было обязательно только для монахов. Зато они отыгрывались на мальчиках.

Кроме того, по настоянию Сергия вселенский собор вынес решение: воров, убийц и преступников, каковы бы ни были их прошлые преступления, принимать в монастырь.

Не правда ли, тепленькая компания собиралась в этакой смиренной обители!

Преподобный отец имел свою особую точку зрения на целый ряд вещей: он считал, что скрытый грех наполовину прощен; все дозволено, что происходит шито-крыто. Например, нельзя прелюбодействовать в святых местах, в особенности если брак не узаконен!.. Разумеется, нельзя!.. Мужу и жене разрешается вести себя в храме, как дома, но адюльтер? Боже сохрани, мораль с этим никогда не примирится. И в самом деле, в одной из булл Сергий объявил: "Предать анафеме тех мужчин и женщин, которые в преступных объятиях совершают адюльтер в святилище".

Когда константинопольский, александрийский и антиохийский патриархи после ряда громких скандалов предложили категорически запретить священникам благословлять кровосмесительные браки, непогрешимый владыка церкви отказался одобрить это предложение.


 

10. ЧЕЙ ЖЕ МЛАДЕНЕЦ?


Все четырнадцать лет своего понтификата преподобный Сергий совершал бесчисленные преступления, причем весьма однообразные: насилия и убийства сменяли друг друга. Впрочем, на одной исторической сценке стоит остановиться - она не лишена оригинальности.

Однажды папу обвинили в нарушении обета воздержания. Папа отверг это обвинение. Обвинители настаивали: владыка церкви обольстил юную монахиню, свою духовную дочь. Папа продолжал отрицать. К нему привели его жертву. И Сергий признался, что он, действительно, исповедовал монахиню, но категорически настаивал, что и мизинцем не коснулся ее. Тогда святому отцу принесли младенца, которого родила эта монахиня несколько месяцев назад; младенец был чрезвычайно похож на папу. Припертый к стене, святой отец засмеялся, затем взял младенца на руки и, перекрестив его, объявил ошеломленной толпе: "Как бы там ни было, но я родил христианина; воздадим же благодарность господу, что наша религия приобрела еще одного верующего". Паства сочла такой ответ блестящим и, почтительно склонившись перед папой, попросила разрешения облобызать его руку.

Однако не надо забывать, что Сергий распоряжался солидной военной силой. Даже если бы его поймали с поличным, свергнуть его с престола было бы нелегко.

Именно Сергий ввел в обедню знаменитую формулу:

"Агнец божий, искупивший грехи мира, смилуйся над нами!" Факт непреложный: совесть святого отца нуждалась ежедневно в хорошо намыленной щетке.

Константина I не терзали противоречивые мысли и чувства - этот субъект был весьма прямолинеен. Повздорив с Феликсом, архиепископом Равеннским, он просто отдал приказ арестовать его; а еще через несколько дней по указанию папы несчастного Феликса извлекли из каменного подвала и, перед тем как отправить в изгнание, отсекли язык и выжгли глаза раскаленным железом.

Константин I добился от императора Юстиниана разрешения расправиться со своим противником патриархом Калинкием. Когда несчастный патриарх прибыл в Рим, ему выкололи глаза, после чего святой отец измывался над ним со всей изобретательностью, на которую способна папская фантазия.

Этот же первосвященник обнародовал буллу, согласно которой даже самые крупные грехи отпускались тому, кто совершал паломничество в Рим; отныне люди, на чьей совести лежали страшные преступления, могли не волноваться: достаточно было совершить паломничество и принести дары царствовавшему тиароносному злодею.

При Захарии шарлатанство католического духовенства дошло до откровенного бесстыдства. Некий епископ Адальберт поделился с верующими следующим откровением: в одну из тяжких минут его жизни ангел неба предстал перед ним и вручил чудодейственные реликвии в знак того", что он получит от бога все, что захочет. Адальберт поклялся на святом евангелии, что ему не раз являлся сам Иисус Христос. С помощью всяких басен он завоевал доверие своей паствы. В его честь сооружались часовни. Мошенник мечтал создать у себя в епархии гарем из красивых молодых девушек. И добился своего. Почтенные матроны похвалялись друг перед другом, что их дочерей почтил вниманием святой муж.

Прелат бойко торговал реликвиями и, надо думать, сколотил себе неплохой капиталец. Дошло до того, что он продавал одураченным людям обрезки своих ногтей и волос. Дело кончилось крупным скандалом: гражданские власти потребовали, чтобы папа сместил этого шарлатана.

Папа Захарий стяжал себе немалую славу тем, что подверг жесточайшему преследованию шотландского священника Вергилия, крупного ученого, который высказал мысль, что земля - шар и во вселенной существуют еще другие, неведомые миры. В послании к галльскому примасу святой отец пишет следующее: "Обратите внимание на философа Вергилия, этого священника, который, похваляясь лживыми истинами, внушенными ему сатаной, имеет дерзость утверждать, будто на земле существуют неведомые страны и люди, а во вселенной - луны и солнца кроме наших. Его надо изгнать из церкви, лишить сана и ввергнуть в самое черное подземелье; предварительно же подвергнуть всем мучениям, какие только придуманы людьми, ибо нет достойного наказания тому негодяю, который своим кощунственным учением подрывает святость нашей религии".

Это написал человек, считавший себя наместником того, кто всю свою жизнь якобы проповедовал прощение обид и грехов.

После смерти папы Павла I на престол был возведен Тиберий Константин, обыкновенный мирянин. Понтификат Тиберия Константина длился недолго. Не прошло и года, как духовенство возмутилось против него. Клирики разделились на две партии, и появилось два кандидата на престол - монах Филипп и диакон Стефан.

Константин II, будучи в глубине души кротким человеком, находил свое положение по меньшей мере нелепым. Он преспокойно отрекся от папского звания и удалился в монастырь, предоставив своим конкурентам добивать друг друга.

Победа досталась Стефану IV. За ним сохранилась репутация отъявленного злодея и тягчайшего преступника.

Очутившись на престоле, Стефан IV сразу же отдал приказ арестовать епископа Феодора, друга своего предшественника. Епископу выкололи глаза, отсекли язык, после чего втащили на гору и сбросили в овраг, где монахи обрекли его на голодную смерть.

Брата Константина II папские фанатики безжалостно избили железными прутьями, выкололи глаза и окровавленного бросили в подземелье монастыря святого Сильвестра.

Но и это не удовлетворило кровожадного Стефана. Вместе со своими приверженцами он пробрался в монастырь, где нашел себе приют Константин, и, когда тот попытался спастись бегством, преследовал его до самого храма. По приказу папы Константина извлекли из алтаря, подвесили к его ногам огромные гири, привязали к лошади и протащили по улицам Рима. После этого палач на людной площади выжег ему глаза раскаленным железом. Под страхом пытки и виселицы Стефан запретил гражданам не только помогать несчастному, но даже приближаться к нему. Константин беспомощно валялся в грязи, и лишь на вторые сутки возмущение народа вынудило церковников убрать несчастную жертву и запрятать в монастырь.

Не менее позорным и зверским способом был замучен приверженец папы Филиппа - Ватриперт. Его усадили на осла задом наперед и провезли по улицам Рима, вложив ему в руки ослиный хвост вместо вожжей. После всех надругательств палач вырвал у него ногти на руках и ногах и выжег глаза раскаленным железом. Несчастный не вытерпел мук и умер во время пыток. Папа тем не менее распорядился продолжать издевательства над трупом, который потом сбросили на свалку.

Насытившись местью, наместник Христа созвал собор и заставил его принять постановление, что впредь для избрания папы необходимо иметь по крайней мере звание диакона.

На этом же соборе занялись еще раз Константином. Стефан приказал палачу нанести своей жертве двенадцать палочных ударов по голове и вырвать язык; казнь происходила в присутствии епископов, сам первосвященник руководил ею. На этот раз несчастный Константин скончался во время пыток.

Несколько позже Стефан обрек на смерть двух римских аристократов, отца и сына, возымев желание завладеть их имуществом. Стефан приказал в своем присутствии вырвать отцу глаза. Палач переусердствовал, и через три дня тот умер от кровотечения. Сын оказался выносливее отца и выдержал пытку. Тогда его бросили в подвал Латерана и там задушили.

Любопытно, что оба эти аристократа больше всех ратовали за избрание Стефана папой!


 

11. РЕЗИНОВАЯ СОВЕСТЬ


Адриана I, сменившего Стефана IV, не было за спиной стольких преступлений, как у его предшественников.

Однако расстояние между честным человеком и законченным негодяем велико - в этом пространстве легко разместить целый ряд мошенников разного калибра.

Адриан I, которым мы сейчас займемся, был чрезвычайно корыстолюбив и скареден сверх всякой меры.

Что же касается совести - она была у него подобна резине. Недаром говорят: совесть - вещь растяжимая...

Карл Великий, посетив однажды Рим, был очень удручен, узнав о нравах итальянских церковников. Он решил посоветовать папе обуздать их страсти и высказал ему мысль, что священники своей распущенностью позорят христианство: они торгуют невольниками, продают девушек сарацинам, содержат игорные дома и лупанарии и сами безудержно предаются чудовищным порокам, как некогда жители Содома.

Обратите внимание, деяния их совершались столь открыто, что не требовалось никаких расследований или, скажем, опросов; они были видны и невооруженным глазом, как на ладони.

Святой отец нагло ответил Карлу Великому:

- Все это сплетни, их распространяют враги нашей церкви.

Франкский король не настаивал и вернулся в свое королевство. К папе он относился гораздо снисходительней, чем к своим епископам. Вероятно, он был заинтересован в дружбе с папой, так же как и папа с ним. Во всяком случае, когда папа попросил его "вернуть" апостольскому трону папские вотчины, имея в виду владения герцога Беневентского, осмелившегося защищать свои земли от посягательства наместника святого Петра, Карл Великий поторопился выполнить его желание. Он отнял у злосчастного герцога его лучшие города и преподнес их в дар папе.

В свою очередь, и святой отец ничего не делал даром и если оказывал услугу, то, по меньшей мере, ожидал взамен рубина на палец.

Тассилон, герцог Баварский, обратился к нему с просьбой примирить его с королем франков. Адриан согласился стать посредником за соответствующую сумму. Когда эта сумма не была вручена в условленный срок, папа прямотаки задохнулся от ярости и отлучил Тассилона от церкви; кроме того, он заявил, что господь устами своего наместника разрешает франкам расправиться с баварцами, и посему они могут насиловать девушек, убивать женщин, детей и стариков, сжигать города, расстреливать жителей. Сколько благодушия у этих наместников Христа!

Незадолго до того как предстать перед всевышним, Адриан обстряпал весьма выгодное дельце. Английский принц Оффа бросился к стопам святого владыки, умоляя отпустить ему грехи: злосчастный принц убил одного из англо-саксонских властителей, предварительно заманив его к себе под предлогом вручения ему руки своей дочери.

Адриан I обожал такого рода дела: никаких капиталовложений, а барыши большие.

Он обещал принцу примирить его с небесами, но поставил условие: принц должен ввести особую подать - воздаяние святому Петру, а также основать приюты для верующих; святой отец заранее предвкушал доходы с этаких богоугодных заведений.

Оффа, рассыпаясь в благодарностях, конечно, согласился.

Вор, воздающий благодарность вору... Признайтесь, дальше просто некуда!

Экая досада для всех плутов и мазуриков: Андриан I не успел учредить для них высших школ!


 

12. КАКОВ ХОЗЯИН - ТАКОВЫ И СЛУГИ


Естественно, что, глядя сквозь пальцы на распутство своих сановников, папа порою сам становился жертвой собственной снисходительности, вернее, соучастия...

Два священника организовали покушение на жизнь папы. Для выполнения столь заманчивого проекта они заручились поддержкой некоторых монахов.

Однажды, когда божественный наместник возвращался в Латеранский дворец, заговорщики напали на его свиту, самого владыку стащили с коня и, волоча за бороду, проломили ему камнями череп, после чего бросили на дороге без всяких признаков жизни. Вскоре убийцы вернулись и, убедившись, что папа еще дышит, унесли его в церковь монастыря святого Стефана и Сильвестра. Здесь, в самом храме, возле аналоя, отцы церкви, пустив в ход ногти и зубы, пытались вырвать у папы глаза и язык. В конце концов они сбросили его в подземелье.

Но Льву III суждено было жить долго. Когда через три дня один из заговорщиков, по имени Эразм, спустился в подземелье, чтобы извлечь труп и похоронить его, папа был еще жив. Тогда Льва III перенесли в другой монастырь, откуда позднее одному из приближенных папского двора, Альбину, удалось его спасти.

Эти события произошли в начале понтификата Льва III. К концу своего понтификата Льву III удалось расправиться со своими врагами.

Как известно, небольшие услуги укрепляют дружбу. Карл Великий, посвященный в императоры святым отцом 25 декабря 800 года, в свою очередь охранял папу от его многочисленных противников.

После смерти Карла Великого они решили вознаградить себя за долгое и вынужденное терпение и вновь организовали широкий заговор против жизни первосвященника.

Но Лев III опередил события. Он захватил всех заговорщиков - во всяком случае, всех, кого он подозревал; очень возможно, что среди них находились и невинные люди, ибо святой отец был очень озабочен, чтобы добыть доказательства их виновности.

Чтобы досыта насладиться приятным зрелищем, папа приказал казнить всех перед окнами Латеранского дворца. Но казнь не удовлетворила его запоздалую месть, и папа велел изгнать жен заговорщиков из Рима, а детей отдал в римские монастыри.

Церковь, разумеется, не преминула канонизировать Льва III. Бесспорно, она сочла, что папа проявил безусловно ангельскую доброту хотя бы тем, что не казнил ни жен, ни детей заговорщиков.

Превосходное общество, черт возьми!


 

13. ПАСХАЛИЙ I


Плут, злодей и распутник - таким был сто второй папа.

Вечно нуждаясь в деньгах, чтобы возместить пущенные на ветер сокровища, он прибегнул к такой уловке.

Он приказал реставрировать церковь святой Цецилии и богато разукрасить ее. Одновременно на главном алтаре была поставлена рака для мощей святой Цецилии, которые к тому времени еще не были найдены.

Приготовив все необходимые атрибуты для своего трюка, Пасхалий во время богослужения, на заутрени, притворился впавшим в летаргический сон.

Открыв глаза, он возвестил, что святая Цецилия явилась к нему со словами: "Осквернившие себя священники и папы-святотатцы уже искали мои смертные останки, но господу было угодно за тобой одним сохранить право обрести их".

После этих слов святая якобы указала папе одно из мест на кладбище Претекста.

В сопровождении духовенства Пасхалии отправился к этому месту, сам взял лопату, раскопал могилу и действительно обнаружил мощи покровительницы музыкантов; ноги святой еще хранили на себе свежие следы крови!

Никто из верующих не заподозрил жульничества, во всяком случае никто бы не осмелился выразить сомнение в достоверности чуда. Папа отдал распоряжение поместить святые мощи в церкви святой Цецилии. После этого чудесного открытия жертвоприношения верующих и подарки паломников стали стекаться в изобилии и приумножили богатство святого отца.


 

14. ПРОИЗВОДСТВО РЕЛИКВИЙ ОПТОМ И В РОЗНИЦУ


Ободренный первым успехом, папа понял, что легковерие является неистощимым источником обогащения и не воспользоваться им было бы по меньшей мере глупо.

"Он принялся,- говорит один древний писатель,- фабриковать святых для продажи их останков, и эта коммерция принесла ему огромные доходы".

Первосвященнику следовало бы открыть лавчонку с вывеской:

Святые для экспорта

Оптовая и розничная продажа

Надо думать, у него было немало последователей. Дело было поставлено на широкую ногу. Огромные прибыли привлекли алчных монахов, и вскоре большинство монастырей превратилось в фабрики реликвий.

Уж во всяком случае эти лавчонки никогда не испытывали недостатка в ассортименте. Продавцы без особого труда удовлетворяли любой спрос. Изъявлял ли кто-нибудь желание приобрести зуб святой Бригитты, ноготь святого Павла, кость любого апостола или мученика - все было к услугам потребителя. Вопрос сводился лишь к цене.

Повторилось чудо с хлебом, только теперь оно превратилось в чудо с реликвиями - хлеб заменили трупами. Животворящий крест господень тоже был ходким товаром. Если бы собрать все стружки с этого креста, которые раздавали верующим в память о смертных муках Иисуса, ими можно было бы отопить немало жилищ в самую суровую зиму.

Столь выгодным дельцем церковь усердно занималась в течение многих веков. В дальнейшем мы остановимся подробнее на этом. Сейчас нам хотелось бы лишь подчеркнуть, что именно Пасхалий I основал эту отрасль церковной индустрии. Именно при нем монахи пустили в продажу некоторые части тела - их назвать-то не очень удобно! - святого Иосифа, Иоанна Крестителя и девы Марии. Крайняя плоть Иисуса Христа появилась позже, при Людовике Святом; этот сомнительный кусочек кожи был куплен герцогом Анжуйским, братом короля, и выставлен в одной церкви для поклонения верующих.


 

15. ОРГИИ И УБИЙСТВА


Вернемся к Пасхалию I. Лотарь, старший сын французского короля Людовика Благочестивого, явившись в Рим, был потрясен тем, что он увидел в святом городе, и в особенности пап ским дворцом, смахивавшим на публичный дом. Принц сурово предостерег тиароносца, и папа обещал исправиться. Но не успел Лотарь покинуть Италию, как агнец Пасхалий превратился в тигра. Он арестовал двух почтенных священников (пожалуй, единственных, которые не бесчинствовали в этом городе) и обвинил их в клевете.

Священников приволокли в Латеранский дворец, где им, несмотря на их клятвенные заверения в полной невиновности, в присутствии Пасхалия отсекли язык и выкололи глаза, после чего обезглавили.

Людовик Благочестивый, решив покарать папу за жестокое убийство, направил в Рим для расследования двух своих послов. Но хитрый мошенник не стал дожидаться допроса. Вместе со своей братией он предстал перед посланцами короля и выразил готовность созвать собор, на котором он под присягой дал бы свои показания.

Подобная процедура не сулила святому отцу никаких затруднений. Что значит ложная клятва для святоши такой закалки, как Пасхалий? Простая игра!

И в самом деле, на следующий день первосвященник созвал всех епископов, монахов и священников (а слуги были подстать хозяину!) и в присутствии всего собора клятвенно подтвердил свою невиновность.

- Тогда,- возразили послы короля,- назовите нам убийц!

Эта просьба привела бы в замешательство любого, но не такого закоренелого лицемера, каким был Пасхалий. Ничуть не колеблясь, он высокомерно ответил, что покаравшие клеветников не подлежат светскому суду и его долг - защитить их перед любым властителем.

Летопись добавляет, что Людовик Благочестивый не счел возможным подрывать авторитет церкви, поняв, что дальнейшее расследование привело бы его к необходимости предать палачам папу-убийцу.

Стоит ли добавлять, что церковь, разумеется, возвела Пасхалия в ранг святых. Откровенно говоря, он вполне заслужил такой награды!

Ежегодно 4 мая благочестивые католики чтут память этого праведника.


 

16. ВЕРНИТЕ ДЕНЬГИ!


Двое пап вступили в свои права после Пасхалия I. Тиф плюс оспа после холеры морбус! Не слишком ли много? Один за другим! Экая незадача... Это сложное положение длилось недолго.

Зосима, избранный духовенством, дворянами и городскими чиновниками, был вынужден освободить место в пользу Евгения II, выдвинутого народом.

Когда последний прочно воссел на престоле, ему пришла в голову злополучная мысль: сообщить Людовику Благочестивому о всех неурядицах, возникших в Риме во время его избрания, и попросить покарать виновных. Король внял просьбе папы и направил к нему своего сына Лотаря в сопровождении аббата из монастыря Сен-Дени.

Однако молодой принц не оправдал надежд Евгения II - он отнюдь не собирался стать слепым орудием его мести. Принцу было поручено произвести тщательное расследование, и, прибыв в Рим, он тотчас объявил, что готов выслушать жалобы всех граждан, пострадавших от церковных властей.

Бесчисленное множество семейств, оказавшихся жертвой корыстолюбия прежних первосвященников, бросилось к Лотарю, умоляя защитить их от насилия святого престола. Таким образом сын французского короля узнал о всех беззакониях, совершавшихся церковью во имя единственной цели - прибрать к рукам имущество граждан.

Лотарь приказал святому отцу вернуть пострадавшим незаконно конфискованные земли и имущество.

Как ни упрекал себя папа Евгений за свою оплошность, как ни кусал ногти, ему пришлось подчиниться, как вы сами догадываетесь, по той лишь причине, что иного выбора у него не было.


 

17. ОБОЖЕСТВЛЕНИЕ ИКОН


И все же Евгений II был довольно добродушным малым; его можно упрекнуть лишь в том, что, следуя примеру Пасхалия I, стремясь поправить свои делишки, он тоже занялся спекуляцией. Вполне возможно, что человек он был набожный, ибо, если верить многочисленным авторам того времени, он был невежествен, как копченая сельдь.

Культ икон достиг такого расцвета в ту эпоху, что Людовик Благочестивый вместе с некоторыми французскими епископами потребовал от папы созыва собора в надежде хоть как-то ограничить иконопочитание.

Многие священники, на мой взгляд, оказались удивительно предприимчивы. Так, одни счищали краски с икон и, подмешивая порошок к вину, давали его вкушать верующим во время причастия. Другие вкладывали просфору в руки каменных статуй, откуда верующим не возбранялось доставать их за особую плату.

Сам Евгений II был ревностным сторонником культа икон; однако он не мог оспаривать решение французского императора, и собор был созван в Париже на следующий год.

После долгих обсуждений собор вынес следующее смехотворное решение: "Всякая икона, по закону божьему, является кумиром, но всякое поклонение ей - идолопоклонство".

Попытайтесь-ка разобраться в таких тонкостях! Кто не разберется, будет объявлен еретиком и осужден на муки вечные!

В конце понтификата Евгения II распутство, царившее среди его клира, приняло столь угрожающие размеры, в особенности в монастырях, что папа был вынужден созвать съезд всех прелатов Италии. Вслед за этим были обнародованы указы, взывающие к высокой нравственности. Но растленные клирики беспардонно продолжали грешить. Ни священники, ни монахи, ни верующие не хотели менять свои привычки.

Чтобы вы имели представление о том, сколь невежественным было тогдашнее духовенство, мы лишь укажем, что епископы, способные совершить обряд крещения в соответствии с ритуалом или прочесть "Верую" без искажения, считались людьми высокообразованными.


 

18. УБИЙЦА, ВОР, ПЛУТ И ПРЕДАТЕЛЬ


Все эти эпитеты и многие другие в том же духе можно смело отнести к Григорию IV. Этот папа занимал святой престол шестнадцать лет и совершил больше подлостей, чем полдюжины отъявленных негодяев.

Мы перечислим только самые главные его "подвиги". По словам Папеброка, Григория IV подозревали в убийстве своего предшественника- Надо отметить, что почтенного Папеброка никак нельзя причислить к врагам святого престола: этот бельгийский иезуит, родившийся в 1628 году, закончил большую часть "Acta sanctorum" ("Жития святых"), начатых Болландом.

"Римляне,- говорит историк,- боясь вызвать гнев французского короля Людовика Благочестивого, не соглашались на избрание Григория и отправили к нему послов с просьбой назначить представителей, которые должны проверить законность избрания нового папы. Когда французские послы прибыли в святой город, Григорий осыпал их дарами и получил благословение на тиару. Однако через некоторое время король, возмущенный поведением первосвященника, написал ему гневное письмо, в котором, угрожая Григорию низложением, намекал на его избрание, добытое им путем интриг и насилий; кроме того, король весьма сурово предложил ему немедленно прекратить все любовные похождения и оргии и в корне изменить весь образ жизни, дабы искупить свое прошлое".

Григорий не поскупился на обещания, но, затаив обиду, поклялся отомстить Людовику Благочестивому.

Мы увидим, что ему удалось сдержать свою клятву.

Вскоре король отдал распоряжение своим послам проверить со всей беспристрастностью жалобу аббата обители святой Марии. Аббат обвинял предшественников Григория IV - Адриана и Льва - в присвоении пяти крупных земельных участков. Разобравшись в этом деле, представители короля постановили, чтобы римский двор вернул поместья, которые он незаконно присвоил.

Приговор, справедливость которого невозможно было опровергнуть, привел Григория в исступление. Он начал действовать, и вскоре ему удалось натравить сыновей Людовика Благочестивого на отца. Когда же Лотарь открыто объявил о своем выступлении против Людовика, папа сразу же прибыл во Францию, чтобы оказать поддержку принцу.

Следуя евангельским заветам, он, как истинный миротворец, прибыл в лагерь к Людовику, будто бы для того, чтобы добиться его согласия на примирение с сыновьями. Воспользовавшись чрезмерной доверчивостью короля, он не терял даром времени. Папа изучал расположение его войск, подстрекал полководцев к измене, прибегая к посулам и угрозам.

В ту же ночь, когда Григорий отбыл из лагеря, солдаты перешли на сторону Лотаря, и Людовик, охваченный отчаянием, сраженный чудовищной изменой, сдался.

Но Григорий этим не удовлетворился: жажда мести вспыхнула в нем еще сильнее, когда он узнал, что при встрече с отцом сыновья Людовика еще оказывают ему какой-то почет.

Папа настоял на том, чтобы сыновья объявили Людовика пленником и лишили королевского звания. Облачив короля в покаянную рубаху, они заставили его в присутствии многочисленной толпы открыто покаяться во всех преступлениях, которые он якобы совершил против своих сыновей. После этого Лотарь заточил отца в монастырь и сам занял престол.

Организовав и освятив захват власти, Григорий с триумфом вернулся в Италию. Однако спустя некоторое время подданные, возмущенные поведением Лотаря, восстали против него и возвратили трон Людовику.

Старый король в свою очередь захотел отомстить первосвященнику. Что ж, согласимся, желание вызвано чувствами, вполне нам понятными. К сожалению, вместо того чтобы самому отправиться в Рим расправиться с трусливым мошенником, Людовик, по наивности, послал своих представителей, препоручив им расследовать, участвовал ли Григорий в заговоре его сыновей.

Святой отец, разумеется, разразился клятвами, отрицая свою причастность к этому делу.

Черт возьми! Его клятвы ровно ничего не стоили, как и клятвы его коллег!

Григорий присягнул на святом евангелии, что им руководили самые благие намерения, заверял Людовика в преданности, предлагал свои услуги против его сыновей, называя их мятежниками, осыпал посланцев подарками.

Небольшие подарки укрепляют дружбу!

Людовик Благочестивый - кстати, он действительно оправдывает свое прозвище - имел слабость все простить и сыновьям и папе. Позже он зашел в своей милости так далеко, что обещал оказать даже помощь святому престолу против Лотаря, когда Лотарь, возмущенный новым предательством папы, приказал своим офицерам жестоко расправиться со служителями католической церкви и самим папой.

Григорий вскоре умер. Не то бы он, несомненно, проявил свою чрезмерную доброту по отношению к французскому монарху, разыграв с ним очередной грязный трюк.

Вот каких шулеров предлагает духовенство почитать своим безропотным овцам! А папа Пий IX распространяет декрет о непогрешимости папы!

Даже и этого списка достаточно, чтобы создать отличный музей всех видов порока!


 

19. СВИНОЕ РЫЛО


Os porci, что означает Свиное рыло,- так звали папу, сменившего Григория IV. После избрания он поторопился изменить свое имя на Сергия. С тех пор вошло в обычай менять имя, вступая на святой престол.

Сергий II был, говорят, неплохим человеком, но, к несчастью, у него был брат Бенедикт; этот брат, облеченный административной властью, замучил людей своим лихоимством.

Шулер он был отъявленный, украсть или ограбить он мог со столь же спокойной совестью, как другой человек подает милостыню.

Бенедикт продавал с публичных торгов звания епископов, и тот, кто платил больше, одерживал победу. Если папы не бесчинствуют сами - безобразничают их близкие!

И в том и в другом случае те, кто пребывает под папской эгидой, ничего не теряют.


 

20. МОНАХИНИ И СВЯТОЙ ОТЕЦ


В отношении Льва IV, преемника Сергия II, мнения разделились. Большинство католических авторов превозносили его добродетель; другие же, не менее просвещенные писатели, утверждали, что святой отец основал женский монастырь в собственном доме и проводил время в самых гнусных оргиях. Его обвиняли в омерзительной скаредности, ссылаясь на свидетельство знаменитого аббата Луи де Феррье. Этот аббат рассказывает, что, перед тем как отправиться в Рим послом, он должен был запастись богатейшими дарами, "ибо без этой необходимой предосторожности невозможно и приблизиться к Льву IV".

В ту эпоху в Риме считалось вполне естественным, что сановники церкви запускали руку в карман своих подчиненных. Лев IV, как пиявка, высасывал из народа последние соки и тратил огромные суммы на свои чудовищные пиршества.

Римский народ изнывал в нищете, в то время как папа Лев реставрировал церковь святого Петра, разрушенную арабами. Он скупал драгоценные ткани, балдахины, ковры, гобелены; покрыл золотом кресты, сосуды и подсвечники; водрузил на мнимой гробнице святого Петра золотую плиту, украшенную драгоценными камнями, увековечив на барельефе свой и королевский портреты. Гробницу обрамлял широкий серебряный бордюр редчайшей резьбы. Однако все перекрывала огромная дарохранительница из серебра, весом в тысячу шестьсот фунтов.

Трогательный пример христианского бескорыстия!

В общем итоге на украшение церкви святого Петра и награды ее священникам папа истратил три тысячи восемьсот шестьдесят ливров серебром и около двух тысяч золотом.

Несчастным, добывающим хлеб в поте лица своего, испытывающим куда больше лишений, нежели положено терпеть человеку за грехи прародителя нашего Адама, первосвященник обещал царство небесное, ежели они будут покорны...

Посему вооружитесь терпением!


 

21. ПАПЕССА ИОАННА


Несмотря на энергичные протесты некоторых фанатиков, существование папессы Иоанны установлено и неопровержимо доказано. Сменив Льва IV, она восседала на святом престоле под именем Иоанна VIII около двух лет.

Чтобы не обнаружить своего пола, она была вынуждена сохранять в строжайшей тайне свои любовные похождения и благодаря этому завоевала безупречную репутацию среди населения; слава о ее высокой добродетели так прочно утвердилась в Риме, что ее единодушно избрали папой.

Впрочем, она занимает достойное место среди жестоких и порочных пап, ибо добродетель ее не что иное, как маска, которую она лицемерно носила с самых ранних лет, дабы утолить свое необузданное честолюбие.

Смерть Иоанны была трагична: в день вознесения, которое, как обычно, знаменуется крестным ходом, папесса в парадном облачении первосвятителя, в порфире, во главе процессии верхом на коне, согласно установленному ритуалу, окруженная свитой епископов и сановников, вельможами и многотысячной толпой, торжественно направилась в базилику святого Петра.

По пути родовые схватки одолели ее с такой силой, что она упала с лошади. Терзаясь, она каталась по земле и издавала нечеловеческие вопли. Наконец, разорвав покрывавшие ее священные одежды, в страшных конвульсиях она разрешилась от бремени.

Рассвирепевшие священники не только не позволили оказать ей помощь, но, окружив ее плотной цепью, как бы желая укрыть от любопытных взоров толпы, проклинали, осыпали грязными ругательствами, пока она не испустила дух.

Во время ее предсмертной агонии эти изверги задушили ребенка, которого она произвела на свет.

Главный аргумент христианских писателей, настойчиво отрицавших существование папессы Иоанны, основан на том, что бог никогда не допустил бы такого вопиющего позора и потому престол святого Петра, учрежденный самим Иисусом, не могла занимать распутная девка.

Довод, конечно, солидный!

Нам остается только повторить тот самый вопрос, который некогда задал историк Морис Лашатр: "Как мог терпеть создатель все преступления, богохульства и гнусности епископов Рима?.. Как мог творец допустить, что святой престол растоптали в грязи папы-еретики, вероотступники, блудодеи и убийцы?"

Бароний, один из самых рьяных защитников папства, вынужден признать, что папы Бонифаций VI и Стефан VII являются мерзкими извергами, опозорившими своими деяниями дом господень; он их обвиняет в том, что они превзошли самых жестоких гонителей церкви.

Епископ Женебрар утверждает, что "в течение двух веков святой престол занимали чудовищно распутные папы, их следовало бы называть апостатическими, а не апостолическими; церковными делами управляли женщины, престол первосвященника все эти годы находился в спальне куртизанки". И действительно, Теодора и Мароция, наглые блудницы, фактически распоряжались всем Римом как хотели: они сажали на трон святого Петра своих возлюбленных или сыновей, и летопись сообщает об этих женщинах такие возмутительные подробности, что ваш покорный слуга не рискует их привести.

Это все история, господа клерикалы. Это ваша история!


 

22. КОМУ ТИАРА?


Бенедикт III взошел на престол после смерти папессы Иоанны. Его избрание возмутило Анастасия, священника, у которого было много сторонников среди сановной знати. Честолюбивый соперник ворвался в Латеранский дворец; осыпая его ругательствами, сорвал священные одежды с Бенедикта и даже, прошу прощения, избил его своим кардинальским крестом, после чего сдал его на попечение двум священникам. Священники в свою очередь, чтобы снискать милость нового хозяина, обвязали несчастного Бенедикта веревками и, погоняя палками, выгнали из дворца.

Анастасий недолго наслаждался победой: в Риме вспыхнул мятеж, на улицах начались свалки между папистами и антипапистами, и в конце концов Анастасия с позором выгнали из дворца.

Тиара вновь перешла к Бенедикту, и он сохранил ее до своей смерти, последовавшей через три года.


 

23. ОМЕРЗИТЕЛЬНЫЕ ПОДРОБНОСТИ


Может быть, только латынь способна пристойно передать глубину гнусностей, которыми полна история папства, и тех преступлений, в которых наместники святого Петра лично или косвенно были замешаны.

По предложению архиепископа Реймсского Гинкмара Бенедикт III собрал церковников для суда над диаконом Губертом, братом Теутберги - жены короля Лотаря.

Почтенный диакон Губерт превратил женский монастырь в лупанарий и собирал огромные доходы с этого позорного промысла.

Помимо всего прочего, Гинкмар обвинял Губерта в преступной связи с королевой - его сестрой.

По сему поводу Гинкмар направил первосвященнику письмо, где подробно рассказал о кровосмесительной связи красавицы Теутберги с братом. По словам архиепископа, королева призналась, что Губерт в порыве самых нежных чувств соблазнил ее, в результате чего она забеременела, и брат, чтобы сохранить в тайне роковое происшествие, убил плод их любви.

"Никогда,-добавляет ученый прелат,-женщина не способна зачать, не находясь в интимных сношениях с мужчиной... Пресвятая дева понесла плод только по особому разрешению господа и, сделавшись матерью, сохранила девственность нетронутой девушки..."

Исписав немало страниц на эту тему, прелат просил извинения у первосвященника за непристойности, которых он, если учесть его сан, должен был бы избежать, но не сумел этого сделать.

Несомненно, было бы гораздо умнее подумать об этом в начале письма и смягчить свой стиль; но тогда потомство лишилось бы превосходного литературного памятника, свидетельствующего как о деяниях, так и об образе мыслей церковников.

Будем считать, что нам повезло!


 

24. ДАМСКИЕ ПРОДЕЛКИ


Бенедикт III умер, не дождавшись суда над диаконом Губертом и его сестрой Теутбергой. Святой престол пустовал целый месяц; римляне ожидали приезда Людовика Немецкого для избрания нового папы.

Когда король явился, приступили к выборам. Большинство голосов получил Николай, молодой священник из знатного рода, служивший секретарем у Бенедикта.

Уже во время церемонии посвящения новый папа энергично проявил себя как ревностный защитник авторитета папской власти; при этом он обнаружил больше наглости и высокомерия, чем все его предшественники.

Он пожелал, чтобы король стоял с непокрытой головой при его появлении и пешком сопровождал процессию, ведя под уздцы его коня от базилики святого Петра до Латеранского дворца. В довершение, прощаясь со святым отцом, король-святоша пал ниц и, трижды стукнув лбом землю, облобызал папскую туфлю!

Об обвинении, которое выдвинул архиепископ Гинкмар против Теутберги и Губерта, уже было совсем забыли (подобные скандалы случались довольно часто, и клир о них не вспоминал), если бы брата и сестру вновь не застигли на месте преступления. Супругу злополучного Лотаря заключили в монастырь до вынесения приговора епископами королевства. Но королева, страшась мести супруга, бежала из монастыря с братом Губертом, надеясь найти защиту у Карла Лысого. По-видимому, этот монарх, несмотря на лысину, все же обладал какими-то чарами, ибо госпожа Теутберга поторопилась стать его возлюбленной.

Однако королеве трудно было примириться с положением рядовой фаворитки, и потому с дерзостью, достойной ее сана, она отправилась к папе, чтобы обжаловать обвинение, выдвинутое против нее французскими епископами.

Лотарь, со своей стороны, опасаясь, как бы его неверная супруга не восстановила против него святого отца, поспешил направить своих послов в Рим, чтобы они предупредили Николая I, на какие каверзы способна распутная королева.

Но первосвященник уже попал под влияние Теутберги, равно как и все прелаты римского двора: они ни о чем Другом и не мечтали, как быть соблазненными такой красоткой.

Короче говоря, собор объявил королеву невиновной и, грозя отлучением, обязал Лотаря вернуть к себе жену.

Церковная справедливость, подобно водевильной актрисе, обожает всяческие проказы!

Еще один эпизод из этой же эпохи. Немного позже, после того как короля Лотаря наградили пожизненным титулом рогоносца, папа созвал новый собор, который должен был рассмотреть обвинение в адюльтере, выдвинутое против красавицы Ингельтруды, дочери герцога Матфрида и супруги герцога Босона Ломбардского, от которого она, украв драгоценности, сбежала с любовником.

На сей раз незадачливый супруг простил виновную, но отнюдь не раскаявшуюся супругу и, все еще любящий, пытался изо всех сил вернуть ее.

Убедившись, что все его мольбы напрасны, герцог решился просить папу употребить свое влияние и заставить неверную жену исполнить свой долг перед королем и... королевством.

Вняв просьбам Босона, Николай созвал в Милане собор, куда также вызвали Ингельтруду: ее присутствие в какой-то степени помешало бы благородному собранию отлучить ее от церкви.

Если бы слово "заткнись" существовало в словаре той эпохи, то, надо полагать, бесстыдная супруга сумела бы достойно ответить первосвященнику. Но, не располагая подобным оружием, она просто отказалась отвечать и не воспользовалась приглашением.

Ее осудили, но ни анафема, ни увещевание не произвели должного действия. Получив постановление об отлучении, Ингельтруда бросила его в огонь и подняла послов на смех:

"Если вашему святому отцу угодно созывать соборы, исправлять жен, вмешиваться в адюльтеры, то передайте ему, что он попусту тратит время, издавая церковные указы. Пусть лучше займется исправлением своего омерзительного клира: пусть запретит монашкам рожать и выгонит содомитов из собственного дома!"

Известие о том, какой прием был оказан его послам, привело папу в неописуемое исступление. Он тут же приказал епископам Лотарингии изгнать распутницу из города, угрожая второй анафемой, если она не вернется к мужу.

Ингельтруда, ясно выразив свое отношение к угрозам и церковным проклятиям, преспокойно удалилась к епископу Кельнскому и, не боясь огласки, стала возлюбленной этого прелата.

Попытайся она по примеру благоразумной Теутберги поехать в Рим на личную аудиенцию к папе, вместо проклятий ее, несомненно, ожидало бы благословение святого отца. Собираясь разразиться третьей анафемой против Ингельтруды, папа и сам пообещал простить виновную, если она явится лично к нему и привезет с собой соответствующую сумму серебра.

Святой отец кроме визита дамы требовал еще и платы...

Комментарии излишни!


 

25. АРХИЕПИСКОП ОСУЖДАЕТ НИКОЛАЯ I


Если папа Николай I терпел иногда неудачи, имея дело со слабым полом, то от светской власти и церковных магнатов он требовал полного признания своего авторитета. Его безграничное высокомерие, как и его указы, вызвали сильную оппозицию со стороны некоторых сановников католической церкви.

Собор, созванный в Меце и состоявший из епископов короля Лотаря, объявил, что, несмотря на указы святого отца, он полностью оправдывает поступок короля - его развод с Теутбергой.

Готье, архиепископу Кельнскому, и Теутгоду, архиепископу Трирскому, поручено было вручить святому отцу решение собора. Николай I обозвал съезд в Меце сборищем негодяев и воров, отменил решение собора и лишил епископского сана французских прелатов.

Теутгод и Готье не поддались угрозам и послали нижайшую просьбу королю, чтобы тот покарал папу, осмелившегося оскорбить королевских представителей.

Вот некоторые выдержки из послания архиепископа Готье к святому отцу:

"Первосвященник, ты оскорбил нас, как и наших собратьев, ты оскорбил все людские права, нарушил уставы церкви, ты превзошел в своих поступках всех твоих высокомерных предшественников. Твой совет состоит из таких же продажных, разнузданных и бесчестных священников и монахов, как и ты сам... Как алчный вор, ты захватил все церковные сокровища..., ты душитель христиан... Трусливый тиран, ты носишь имя раба рабов и прибегаешь к предательству, используешь золото и сталь, чтобы быть господином господ... Ты осмеливаешься называть нас нечестивыми! Но как же ты назовешь клир, который курит фимиам твоему могуществу, воспевает твою власть? Как ты назовешь своих медноголовых священников, этих исчадий ада, у которых сердца из металла, а чресла из грязи Содома и Гоморры? Эти служители созданы, чтобы пресмыкаться перед тобой. Гордец, они подобны тебе, они вполне достойны Рима, этого ужасного Вавилона, который ты называешь вечным и непогрешимым святым городом. Да, это когорта священников, оскверненных прелюбодеяниями, кровосмесительством, насилиями, отравлениями и убийствами, достойна того, чтобы изображать твою проклятую свиту, ибо Рим - логово всех пороков, обиталище демонов и твое, папа, ибо имя тебе - сатана!"

Послание это, столь ярко рисующее нравы римской церкви, тем более любопытно, что оно получило одобрение довольно значительного числа епископов, которых еще не успела коснуться римская зараза.


 

26. ПЕРСТ БОЖИЙ


В ответ на жалобу архиепископов Кельнского и Трирского Людовик II, возмущенный поступком папы, во главе армии двинулся на Рим для защиты низложенных прелатов.

Святой отец, собираясь дать отпор зазнавшемуся королю, приказал повсюду отслужить молебны, дабы возбудить фанатизм римлян. Но папские орды вскоре дрогнули под натиском войск монарха.

Тогда папа стал выжидать, а его верные соратники действовали исподтишка. Ждать пришлось недолго: вскоре пришла весть о внезапной кончине одного из королевских офицеров, разбившего во время общей свалки крест, украшенный драгоценностями. На его трупе выступали черные пятна, явные признаки сильного яда. Сам же король подвергся приступам мучительной лихорадки.

Клерикалы завопили о чуде: господь покарал врагов церкви. И невежественный народ уверовал в чудо.

Испуганный Людовик униженно согласился на все требования папы, и Николай I с триумфом возвратился во дворец. Свою победу он отметил грозным приказом: французским прелатам под страхом пытки предписывалось немедленно покинуть дворец.


 

27. МОРАЛЬ ПЕРВОСВЯЩЕННИКА


Однажды болгарский царь Богорис, принявший христианство, направил к святому отцу своих представителей с богатыми дарами. Они должны были получить от папы указания по вопросам, касавшимся религии.

Вот ответ первосвященника:

"Вы сообщаете нам, что крестили своих подданных, вопреки их согласию, вследствие чего возник мятеж, угрожавший вашей жизни. Хвала вам, ибо вы поддержали ваш авторитет, приказав убить заблудших овец, отказавшихся войти в овчарню; вы ничуть не согрешили, проявив столь священную жестокость; напротив, хвала вам, ибо вы уничтожили врагов, не пожелавших войти в лоно апостольской церкви, тем самым вы открыли царство небесное народам, подвластным вам. Да не убоится царь совершать убийства, если они могут держать его подданных в повиновении или подчинить их вере христианской! Бог вознаградит его за грехи в этом мире и в жизни вечной".

Какой человек не содрогнется при чтении этих строк! Быть может, кто-нибудь даже усомнится в их достоверности, но, как ни прискорбно, цитаты, приведенные здесь, взяты из подлинных исторических документов. К тому же разве мысли, высказанные в этом письме,- исключение? Увы, так было на протяжении всей истории католицизма.

Если рай существует на самом деле, не лучше ли честному человеку пустить пулю в лоб, чем случайно или по ошибке очутиться в этой святой компании!


 

28. ЕПИСКОП-БРАТОУБИЙЦА


Во время понтификата Иоанна VIII, сто одиннадцатого папы, герцог Неаполитанский Сергий заключил альянс с сарацинами, несмотря на строгий запрет пресвятейшего отца.

В наказание за его самовольные действия разгневанный папа приказал епископу Афанасию, родному брату злополучного герцога Сергия, напасть на него ночью, выколоть ему глаза и отослать в Рим. Прелат с готовностью выполнил требование папы, ибо подобная оказия давала ему возможность унаследовать Неаполитанское герцогство.

Иоанн не только утвердил в правах узурпатора, разразившись при этом похвальными речами, но послал братоубийце четыре тысячи унций серебром - в награду за усердие.

Покарав непослушного герцога, первосвященник тут же сам договорился с неверными.

Правда, с его точки зрения (мы имеем в виду точку зрения церковную), его оправдывало одно обстоятельство: он заранее знал, что нарушит этот договор. Святому отцу надо было потянуть время, ибо греческие войска обещали прийти ему на помощь.

Вот вам еще один штрих, характеризующий церковную мораль!

* * *

Итак, папа ждал подкрепления, надеясь расправиться с сарацинами; он мечтал устроить хорошенькую резню и извлечь из нее все выгоды, какие возможны. По договору сарацины должны прекратить набеги на церковные владения, за что папа обязывался выплачивать им двадцать тысяч унций в год.

И вот Иоанн, вероятно, прикинул: чем платить каким-то басурманам, дай-ка я возьму и всех их перережу!

Увы, планы святого отца были опрокинуты врагами более серьезными, чем арабы.

Ламберт, сын Гюи, герцога Сполето, и некоторые другие вельможи, возмущенные политикой Иоанна VIII, во главе многочисленных войск напали на Рим, не встретив никакого сопротивления, овладели святым городом, осадили Латеранский дворец и вскоре захватили его. Ламберт собственноручно извлек папу из-за портьеры, за которой тот прятался, и запер его в одну из зал собора святого Петра. Затем победители облачили папу в покаянную рубаху и сдали на попечение суровому иноку, а уж тот помог папе вымолить у бога прощение за все свои грехи.

Зачинщики провозгласили Карломана императором Италии, рассчитывая обрести в нем благодарного защитника, если Иоанн VIII вздумает что-либо предпринять; впрочем, проучив таким образом папу, они считали себя в безопасности от всяких поползновений со стороны святого отца.

Однако Иоанн VIII не зевал: получив свободу, он созвал собор и отлучил от церкви Ламберта и других герцогов, замешанных в этом деле. Затем святой отец отправился в Галлию, надеясь собрать там достаточно сильную армию и отомстить за перенесенные унижения.

Он созвал собор в Труа, упрашивал епископов и сеньоров вооружить корабли, умолял короля раздать оружие вассалам для защиты святого престола. Начав свою речь патетически, он кончил угрозой:

"Трепещите, как бы не навлечь на себя кару, ибо она суждена всем властителям, отказавшимся встать на защиту своего первосвященника!.. Сеньоры и епископы, внемлите мне, я заклинаю вас без промедления пожертвовать вашим добром, вашими женами и вашими детьми и умереть во славу святого престола!"

В ответ на это собор многозначительно молчал.

И папа, возлагавший большие надежды на собор в Труа, удалился, крайне недовольный. Уходя, он пробурчал нечто невразумительное. Вполне возможно, он произнес по-латыни:

"Что ни говори, а тяжела ты, шапка папы!"


 

29. ПАПА-ФАЛЬСИФИКАТОР


Речь идет все о том же пресловутом Иоанне VIII. Во время одной из дискуссий на соборе в Труа епископы представили папе завещание Карла Лысого, в котором король передавал своему сыну Французское королевство, присоединив к нему духовный меч святого Петра - свидетельство того, что речь идет также об Италии и императорском звании.

Прелаты от имени короля предложили папе утвердить это завещание.

Иоанн охотно согласился, поставив одно скромное условие.

Он объявил, что имеет неотъемлемое право на аббатство Сен-Дени, якобы подаренное ему Карлом Лысым, и, предъявив документ, предложил Людовику Заике утвердить дарственную грамоту в обмен на империю.

Самые поверхностные расследования показали, что святой отец состряпал обыкновенную фальшивку. Однако этому тиароносному подлецу не дали коленкой под зад, как он этого вполне заслуживал; впрочем, аббатство приносило короне большие доходы, и у короля хватило здравого смысла не менять его на пустой и бесполезный титул.

Как видите, Иоанн VIII обладал всеми надлежащими качествами, чтобы числиться в ряду пап первого ранга. Увы, к сожалению, мы не можем добавить, что церковь причислила его к лику святых.

По забывчивости или из-за несправедливости - все равно одинаково прискорбно!


 

30. МЕСТЬ РИМЛЯНКИ


Иоанн VIII умер в 882 году. Анналы знаменитого Фульдского аббатства сообщают о его кончине весьма любопытные подробности. Этот злополучный папа внезапно влюбился в... женатого мужчину; однажды он даже решился похитить своего возлюбленного, чтобы без помехи предаться с ним губительной страсти.

Супруга этого любопытного субъекта - то ли из ревности, то ли по другим соображениям - решила отомстить папе-соблазнителю. И отравила его.

Сообщники ее, увидев, что яд недостаточно быстро действует, проникли ночью в апартаменты святого отца и ударили его молотком по черепу.

Кардинал Бароний добавляет к этому рассказу короткое примечание в духе надгробной эпитафии:

"Подобная смерть вполне достойна этого гнусного папы".

Что ж, откровенно говоря, мы всецело присоединяемся к его мнению.


 

31. ЗАЖИВО РАЗЛАГАЯСЬ...


Преемник содомита Иоанна VIII был возведен на - престол под именем Мартина II.

Новый папа проявил себя таким же плутом в политике, таким же распутным и высокомерным, как его предшественник Иоанн VIII. Его бренное существование длилось недолго: он просидел на троне всего один год и пять дней - вот и все его преимущество перед Иоанном VIII.

Скончался он в 884 году, только в его смерти не повинен никто. Папа Мартин был абсолютной развалиной ввиду своего образа жизни и заживо разложился, прежде чем испустил дух.

Бррррррр!


 

32. РАСПРОДАЖА С ПУБЛИЧНЫХ ТОРГОВ


Адриан III, сменивший Мартина II, был сыном священника. В период его понтификата римский клир продолжал предаваться самым противоестественным наслаждениям. Священники уже не довольствовались куртизанками, они содержали публичные дома, где любители извращений находили как женщин, так и мужчин, всегда готовых к их услугам.

С помощью убийства или золота приобретали в ту эпоху государственные и церковные должности. Адюльтер и кровосмесительство были обычным делом, когда речь шла о достижении цели. Известно, что в Риме при папском дворе продавали с публичного торга звание епископа.

Но о каком титуле мог мечтать посредник между богом и людьми? Разве престол небесного отца не давал ему неограниченной власти? Разве он не сделал его владыкой владык, самым могущественным лицом в мире?

Папа Адриан III стремился, как и его предшественники, уничтожить всякое влияние государства на дела церкви и самовольно распоряжаться обширными княжествами. Ведь с ростом его могущества приумножалось богатство!

Адриан III осмелился даже издать указ, позволяющий священникам нарекать по своему усмотрению королем Италии наиболее достойного принца.

Легко догадаться, по каким признакам духовенство выбирало достойнейшего!..

Народ, влачивший скотскую жизнь, закоснел в невежестве, не имел сил стряхнуть с себя иго папства; и почти целое столетие Италия была добычей полоумных и жестоких тиранов.

Адриан III занял престол небесного отца в мае 884 года и умер спустя год, оставив репутацию высокомерного, алчного и распутного папы.

И церковь причислила его к лику святых.


 

33. АЛЧНОСТЬ МОНАХОВ


Во времена Адриана III сарацины совершали частые набеги на римские территории. Сангдам, их предводитель, не упускал из виду, что монастыри хранят несметные богатства.

Сарацины захватили монастырь святого Винченца, ограбили его и тотчас же двинулись на штурм знаменитой обители Монте-Кассино, колыбели ордена святого Бенедикта.

Прежде чем монахи успели что-либо предпринять, Сангдам осадил маленькое аббатство, но не занял его, ибо высокие стены и бастионы прославленного монастыря были настоящей крепостью.

Сарацины вознаградили себя, разграбив монастырскую церковь, расположенную ниже, на склоне холма. Они нашли там неисчислимые сокровища, награбленные монахами путем вымогательства и шантажа. После этого сарацины предали церковь огню и удалились, удовлетворенные добычей, превзошедшей все их ожидания.

Чтобы возместить убытки, монахи срочно начали строить новую церковь, исполненные глубокой веры в человеческую глупость; они знали цену своему таланту, эти эксплуататоры...

И в самом деле, через некоторое время они стали еще богаче, чем прежде.


 

34. ИСТРЕБЛЕНИЕ САРАНЧИ


В Алжире, где саранча производит страшные опустошения, применяли много способов для спасения урожая. Чаще всего расстилали по земле длинные полотнища и таким образом ловили грозных паразитов. Римляне изобрели лучший способ.

В 885 году саранча из Алжира пробралась в Италию и принялась пожирать хлеб, виноградники и сады горожан; жителям стал угрожать голод.

Адриан III находился в это время на смертном одре. Надо было выбирать нового папу.

- Изберем священника Стефана! - кричали в один голос и клир, и сановники, и простой народ.- Только он спасет нас от саранчи.

Стефан VI был избран вопреки его желанию-то ли из-за того, что вкусы у него и впрямь были скромны, то ли он с недоверием взирал на будущее: святые отцы в ту пору не засиживались долго на престоле! Свора бандитов, окружавшая их, не слишком мучилась угрызениями совести и, чтобы извлечь хотя бы даже небольшую выгоду, преспокойно могла подсыпать крысиный яд в суп наместника Христа!

Неизвестно, какие мотивы руководили Стефаном, толь ко он решительно отказывался возложить на голову эту неуклюжую шапку, называемую тиарой; его почти силком выволокли из уютного жилища и с триумфом понесли в Латеранский дворец.

Во время торжественной процессии внезапно разверзлись хляби небесные, хлынул сильнейший ливень, все промокли до костей, в том числе и саранча...

Как тут было не завопить о чуде! Однако в последующие дни наступила жара, за нею засуха, и саранча вновь стала неистовствовать.

Чудо лопнуло!

Святой отец, терзаясь от того, что не оправдал доверия своих избирателей, приказал раздать земледельцам святую воду для окропления полей и виноградников: надо же было как-то бороться с ужасными паразитами!

Некоторые летописцы рассказывают, что святая вода действительно возымела действие... Весьма возможно, что эти прожорливые существа умирали... со смеху!

Коснемся мимоходом разочарования, постигшего Стефана VI спустя несколько дней после его посвящения.

Он пригласил епископов, представителей королей и высших сановников войти с ним в Латеранский дворец, дабы освидетельствовать состояние папского жилища, которое передавалось в его распоряжение.

Стефан VI, естественно, рассчитывал найти во дворце неисчислимые богатства: ведь его предшественники требовали богатейших даров за самые мелкие услуги - уж такой у них был обычай, мы не раз о нем упоминали.

Увы! Пустые иллюзии! Сокровищница Латеранского дворца была совершенно пуста.

Пустыми оказались кладовые, погреба и амбары.

Что касается обстановки, то ее вообще не оказалось. Папы решительно все превратили в золото и сожрали весь священный скарб. Не оказалось даже нужного количества посуды для бедного Стефана.

Ничего себе пиршества задавали его предшественники! Ну и аппетит!


 

35. ВОР, УБИЙЦА И ДЕВСТВЕННИК!


Таков был Формоз I, преемник Стефана VI, сто пятнадцатый папа. В начале своей церковной карьеры, при папе Николае I, он был отправлен в Болгарию епископом. Во время своего пребывания там он скопил огромные ценности, нажившись на суеверии и невежестве народа, которому проповедовал догмы христианства. Его восшествие на святой престол оспаривали сторонники герцога Тосканелли, противопоставляя ему священника Сергия. Но Гюи, король Италии, уже провозгласил Формоза, и его водворили в Латеранский дворец.

Враги, однако, не унимались. Борьба за трон святого Петра продолжалась в течение всего его понтификата, и Рим истекал кровью от бесчисленных убийств. На этой почве у Формоза возникли разногласия с королем, и вск'оре, позабыв о своих обязательствах (неблагодарность типична для церковников), он призывал Арнуля, немецкого короля, в Италию, пообещав ему империю.

Арнуль не заставил себя долго просить: во главе многочисленного войска он двинулся на Рим, овладел городом и, не теряя времени, направился прямо в базилику святого Петра, где и был коронован народом.

Вот когда Формоз дал волю своей ярости! Под предлогом расправы с еретиками за оскорбления, нанесенные религии, он предоставил возможность солдатам нового короля истребить всех видных граждан Рима.

Арнуля постигла кара за то, что он оказал помощь извергу. Один из граждан, переодевшись слугой, подлил ему в питье медленно действующий яд, и Арнуль, покрывшись язвами, через три года скончался в страшных мучениях.

Формоз тоже недолго упивался своим триумфом. Он почил в бозе, вдвойне умиротворенный: тем, что преступил порог царства божия таким же девственником, каким вышел из утробы матери, и тем, что вырезал половину населения Рима.


 

36. ДВУХНЕДЕЛЬНОЕ ЦАРСТВОВАНИЕ


В противовес Стефану VI, который, как мы уже знаем, упорно отказывался от тиары, Бронифаций VI не собирался ждать, пока труп Формоза предадут земле, а с остервенением отбивал престол святого Петра у своих соперников.

Он разбрасывал пригоршнями деньги, давал клятвенные заверения и вельможам и клиру - словом, зарабатывал свое избрание тяжелым трудом.

Над прошлым его стоило призадуматься: Бонифаций был лишен звания диакона за адюльтер и убийство.

Несчастный Бонифаций! Мог ли он предвидеть, что готовит ему судьба? Стал бы он вкладывать столько страсти в погоне за тиарой? Один из его соперников - Стефан, епископ Анежский, отравил его через четырнадцать дней после избрания.

Две недели, конечно, срок небольшой, но, по крайней мере, он досыта насладился властью. Великий любитель оргий, обжора и пьяница, этот кратковременный папа, грубо говоря, "нажирался до отвала".

Пирушки Бонифация - целая эпопея в истории апостольского престола, а ведь его святые подушки познакомились с весьма разнообразной коллекцией пьянчуг, обжор и распутников!

Кардинал Бароний опровергает версию, которой придерживаются почти все летописцы того времени; он утверждает, что Бонифаций VI - его он, между прочим, именует грязным скотом - умер не от яда, а во время оргии, за столом, из-за своей чудовищной невоздержанности.

Мы не оспариваем ни одной из двух версий. Обе правдоподобны. Изнуренный пороками разного рода, досточтимый Бонифаций уже прогнил на три четверти, когда всходил на престол. Отравив его, Стефан только ускорил развязку, которая и так не заставила бы себя долго ждать.


 

37. СТЕФАН VII


Вот еще один святой отец, который не портит этой коллекции, но, подобно драгоценной жемчужине, сверкает на фоне негодяев, сменявших друг друга на престоле небесного отца. Надо отдать ему должное: ни один его предшественник не отличался такой тщеславной тупостью. Он именовал себя князем князей, владыкой владык, королем епископов, судьей смертных! И не только не протестовал против откровенно грубой лести своих фаворитов, но даже сам считал, что отмечен божьей благодатью, а потому способен выполнять роль всевышнего. Он искренне верил, что любая его прихоть выше всякого закона.

Именно при нем был провозглашен принцип папской непогрешимости. Эта идиотская доктрина получила свое официальное одобрение позднее, уже в XIX веке, то есть после Вольтера и французской революции! При Пие IX католический мир оказался достаточно глупым и трусливым, чтобы принять догму, позволявшую человеку объявить себя всеведущим и присвоить себе всемогущую власть - ту самую власть, которую раньше верующие с благоговением приписывали только одному богу.


 

38. ПРЕСТУПЛЕНИЯ И БЕЗУМСТВА СТЕФАНА VII


В IX веке, по словам историка Платины, "святой престол стал конечной целью всех честолюбивых интриганов, логовом всех пороков. Его приобретали ценою золота и крови". Стефан VII был настолько невежествен, что с трудом подписывал свое имя, не знал даже элементарных основ религии; кроме всего прочего, он был так же хитер, как и распутен.

Что ни сказать о нем, все будет мало: порочность его не знала предела, в омерзительных оргиях он превзошел даже Иоанна VIII.

Стефан VII, сын священника и куртизанки, в течение всей своей жизни на каждом шагу подтверждал столь благородное происхождение.

В начале понтификата ему пришла в голову мысль, одинаково мрачная и забавная: вырыть из могилы тело святейшего папы Формоза, пролежавшее в земле уже семь месяцев, и покарать бывшего узурпатора.

Перед собранием высших церковников в Риме разыгрался омерзительный спектакль: труп Формоза приволокли за ноги и усадили на трон; его облачили в парадную одежду, на голову возложили тиару, а в руки вложили жезл. Покойнику дали адвоката - правда, не столько для защиты, сколько для публичного покаяния. Выступая от имени клиента, который не мог ни подтвердить, ни опровергнуть обвинений, этот поистине странный защитник обвинял своего подопечного во всех смертных грехах. После окончания речи святой отец провозгласил приговор, отлучавши Формоза от церкви, и одним ударом ноги свалил бывшего папу с престола.

Но даже этот акт дикого зверства не укротил взбесившегося кретина; по его распоряжению с трупа сняли священные ризы, отрубили три пальца правой руки, переломали руки и ноги и только после того, как палач отсек ему голову, изуродованные останки бросили в Тибр.

Стефан VII недолго ждал возмездия за свои преступления. 2 мая 897 года заговорщики, давно замышлявшие убийство папы, осуществили свой план. Папа был брошен в застенок и задушен веревками, свитыми из лохмотьев его царственной ризы.


 

39. ЦЕРКОВЬ В IX ВЕКЕ


Клерикалы не могут отрицать достаточной авторитетности кардинала Барония. Но вот что пишет этот вполне правоверный историк: "Никогда никакие раздоры, ни гражданские войны, ни преследования язычников или гонения на еретиков и схизматиков не причиняли стольких страданий церкви, как эти чудовища, овладевшие троном Христа путем симонии и убийства... Римская церковь превратилась в бесстыдную девку, покрытую шелком и украшенную драгоценными камнями, публично проституировавшую себя за золото. Латеранский дворец превратился в гнусный вертеп, где духовные лица всех наций оспаривают у продажных женщин первенство в отношении разврата и разнузданности".

Кажется, ясно, не правда ли? Более точно сформулированного признания не придумаешь - тут уже ни о какой двусмысленности не может быть и речи! Священники проституировали себя подобно гулящим женщинам! Они заставляли людей платить за их грязные ласки и мерзкую благосклонность!

По утрам они служили мессу и претворяли хлеб в тело Христово, а по вечерам продавали себя последователям Гермы.

"Никогда,- говорит Бароний,- священники, и особенно папы, не совершали столько прелюбодеяний, насилий, грабежей и убийств!"

Мы увидим дальше, что преемники перечисленных выше пап ни в чем не уступят своим предкам и что история святого престола не что иное, как гигантский архив преступлений и позора!


 

40. ВОЗДУХА! ВОЗДУХА!


Мы вступаем в период еще более омерзительный, чем тот, который описывали в предыдущих главах. Начинается эпоха, пользующаяся в истории дурной славой - ее называют "римским царством блудниц обоих полов".

Самые низкопробные блудницы управляли христианской церковью, а папы и епископы простирались у их ног. Платина, Женебрар, Бароний в своих творениях называют первосвященников Х века отцами симонии, магии, тирании, воровства и убийства.

Мы убедимся в дальнейшем, что это отнюдь не преувеличение.

Открывает парад Роман I, сто восемнадцатый папа.

На следующий день после своего избрания он отменил указы Стефана VII, направленные против Формоза. Надо отметить, что большинство наместников Христа, объявляя себя непогрешимыми, с каким-то поразительным неистовством разоблачали деяния своих предшественников. Эти ярые честолюбцы не понимали, что, раскрывая перед народом истинное лицо пресловутой непогрешимости, они произносили самим себе обвинительный приговор.

По словам Платины, "священники, снедаемые завистью и страхом, повергли народ во мрак невежества и суеверия".

Мы не будем особенно задерживаться на таких папах, как Роман I, Теодор II, Иоанн IX и т.д., ибо деятельность их утомительно однообразна.

Роман I занимал святой престол лишь четыре месяца. И все же, несмотря на столь короткий срок, его можно смело причислить к папам первого ранга в этой коллекции распутников.

Теодор II, преемник Романа I, умер через двадцать дней после своего избрания. Престол перешел к Иоанну IX - "наименее жестокому из всей плеяды пап", как пишет о нем Бароний. Известно, что лихоимец он был изрядный; провинившиеся епископы получали индульгенцию непосредственно от него, если, не скупясь, вносили свою лепту в кассу святого Петра. Возьмем, к примеру, историю трех прелатов - Петра, Паскаля и Сильвестра, выступавших обвинителями на соборе, где был осужден труп Формоза.

Иоанн IX, пожелавший восстановить честь этого первосвященника, созвал новый собор. Приговор над Формозом был аннулирован, а обвинители отлучены от церкви. Они смиренно попросили дать им возможность перечитать их собственные прошлые обвинения. Иоанн согласился, и уже на следующий день объявил, что прощает виновных. Петр, Паскаль и Сильвестр за сутки успели купить себе отпущение грехов у папы. Стоило это им не дешево, но они отлично понимали, что, оставаясь в лоне церкви, они с помощью верующих в короткий срок возместят свои убытки.


 

41. ИТОГИ ХРИСТИАНСТВА


Пусть читатель простит мне небольшое отступление.

Церковники при каждом удобном случае неустанно твердят, что христианство послужило развитию человечества. Это утверждение противоположно истине, и доказать это несложно.

На протяжении многих веков, задолго до того, как изобрели эту религию, люди приобретали все новые и новые знания. Развитие науки двигалось вперед быстрыми шагами. Спустя девять веков после возникновения христианства человечество погрузилось во мрак невежества, суеверия и варварства.

После смерти Бенедикта IV, сто двадцать первого папы, преемника Иоанна IX, король английский Эдгар писал:

"В Риме можно увидеть только оргии, распутство, чревоугодие и блуд. Дома священников превратились в дома позора, в притоны блудниц и содомитов. Днем и ночью там пляшут и играют. Песни во славу Бахуса, сладострастные танцы и оргии Мессалины заменили им обедни и молитвы".

Коррупция священников охватила в скором времени все слои общества; народ изнемогал от нищеты, в то время как высшие церковные чины все больше погружались в оргии, видя перед собой лишь одну цель - наживу.

Святой Иоанн Хризостом сказал: "Все зло в этом мире идет от алтаря". Мы прибавим еще слова святого Иеронима: "Нигде не найти таких скотов, фарисеев, отравителей народа, как среди священников и королей".


 

42. ХРИСТОФОР-ПАЛАЧ


Как это ни странно, после смерти Бенедикта IV римляне избрали папой весьма честного человека. Тут, видимо, произошла какая-то ошибка, и ее быстро исправили.

Лев V - так звали эту редкостную птицу - был низложен честолюбцем Христофором, именно тем, которому папа Лев оказал немало благодеяний.

Доброе дело всегда вознаграждается. Христофор доказал это на деле: он задушил Льва.

Выразив подобным образом свою благодарность, он срочно стал осыпать всяческими милостями своих приверженцев, которые, не колеблясь, проголосовали за его избрание.

Христофор недолго пожинал плоды своих деяний. Сергий, такой же прожженный негодяй (мы в этом скоро убедимся), уже домогался святого престола, но всякий раз он уплывал у него из-под носа.

"Черт возьми,- вероятно, сказал он себе,- так-то гораздо легче взобраться на трон! Почему бы и мне не последовать примеру Христофора?"

Не долго думая, он осуществил свой план - и все потекло по заведенному порядку: Христофора согнали с апостольского престола и заточили в монастырь. Опасаясь, как бы он не сбежал, Сергий перевел его в темницу, где тот попросту умер с голоду.


 

43. СВЯТЫЕ ОТЦЫ И КУРТИЗАНКИ


Наконец Сергий достиг своей высшей цели. Поначалу он вознаградил себя за столь длительное ожидание тем, что отменил все указы Иоанна IX и трех предшествующих ему пап, провозгласив, что четверка узурпаторов не имела никакого права занимать столь священное место.

Римом в то время правила Теодора, знаменитая куртизанка, наложница Адальберта, маркграфа Тосканского.

У Теодоры было две дочери. Распутством они намного превзошли свою мать. Старшая, Мароция, отличалась поразительной красотой, и Адальберт, будучи отнюдь не бесчувственным, не устоял и сделался ее возлюбленным.

Святому отцу Сергию, который тоже не был равнодушен к женским прелестям, Мароция пришлась по вкусу... Надо думать, что старшая дочь и наперсница Теодоры была весьма горда своей победой над главой церкви и вняла его просьбам! Кроме всего прочего, это свидетельствует об ее отзывчивом сердце! От папы у нее родилось много детей (мы еще услышим о них, когда они начнут сменять друг друга на святом престоле). Мароция слыла хорошей матерью. Это подтверждается тем, что она не отказывала детям в тех ласках, которыми одаривала отца.

Эти милые отроки вели себя так, будто им уже тогда были известны знаменитые строчки Альфреда де Мюссе: "Там, где прошел отец, пройдет и сын..."

Прекрасная Мароция владела какой-то тайной, ибо сумела сохранить красоту на протяжении многих лет. История сообщает нам (обратите внимание - не предание, а сама история), что "чудовищный кровосмесительный блуд этой куртизанки длился в течение трех поколений".


 

44. МАТЬ И ДОЧЬ


Эту главу можно было бы также называть "Исскуство добиваться высших чинов с помощью женщин".

Иоанн, причетник из города Равенны, сын монахини и священника, был юн, красив, изящен и благодаря своим незаурядным качествам сразу поразил томившееся любовным недугом сердце Теодоры.

Эта куртизанка потворствовала шашням своей дочери Мароции с первосвященником Сергием, в то время как сама уже долгое время находилась с ним в связи.

Именно в этот период жизни ей встретился Иоанн, который покорил ее с первого взгляда. Получив от родителей весьма поверхностное представление о нравственности и зная также, какое высокое положение занимает почтенная дама, юноша сразу же сообразил, что внушенная им страсть может помочь ему достигнуть соблазнительных жизненных благ.

Возлюбленная самого папы! Черт возьми, превосходный случай! И причетник Иоанн не преминул воспользоваться этим козырем.

В те времена Теодора была еще очень могущественна в Риме, и ей не стоило большого труда подарить сан архиепископа в Равенне юному отроку. Однако отдаленность возлюбленного наводила ее на грустные размышления о его верности, и потому, воспользовавшись вакантным местом на святом престоле, Теодора пустила в ход все пружины и преподнесла своему возлюбленному... тиару.

Собственно говоря, Теодора была вынуждена совершить этот опрометчивый шаг: юношу надо было немедленно куда-то определить, ибо население Равенны с позором изгнало из города мерзавца за оргии и за преступления.

Подозрения Теодоры в отношении ее возлюбленного вскоре подтвердились.

Сейчас же после своего избрания на святой престол под именем Иоанна Х новоиспеченный папа, понимая, что ему уже больше нечего ждать от знаменитой куртизанки, поторопился наградить ее соперницами. Любовные похождения и оргии отнимали у него все время. Меньше всего его занимали дела церкви. Никогда еще церковь не была настолько предоставлена самой себе, каждый орудовал по собственному произволу. На явные беззакония папа слепо давал свои санкции; впрочем, дела от этого ничуть не менялись. Когда падаешь в бездну, ниже скатиться трудно. Иоанн Х превратил свою жизнь в сплошное пиршество, церковь, однако, осталась на том же месте, куда ее загнали предыдущие папы. Протеже Теодоры быстро шел к трагической развязке. Ему приглянулась Мароция, и он стал ее возлюбленным. Такова была мода в те дни - сначала мать, потом дочь.

К несчастью для злополучного Иоанна, распутной Мароции, этой всеобщей возлюбленной, пришла фантазия владеть Иоанном безраздельно. А так как святой отец распределял свои ласки поровну между Мароцией, ее сестрой - своей официальной любовницей - и их матерью, то, естественно, он не всегда оказывался к услугам Мароции. Помимо этого тройственного союза (в коем папа не усматривал никакого зла: все оставалось в семье!) Иоанн находил еще время добиваться лавров и у других милых девиц. Кончилось тем, что Мароция не на шутку разгневалась. Не считая множества возлюбленных, она имела еще и законного супруга - некого Гюи, маркиза Тосканского. Этот поистине удивительный супруг с готовностью согласился отомстить папе-ловеласу за неверность его супруге.

Под его предводительством и также под наблюдением самой Мароции, желавшей убедиться в точном исполнении своей воли, наемные убийцы ворвались в Латеранский дворец, связали Иоанна X, предварительно задушив его брата, а злосчастного распутника бросили в подземелье и задушили перинами.

Перинами!.. Человека, прожившего большую часть своей жизни на перинах! Поистине, судьба порою безжалостно насмехается над людьми!


 

45. КАК ОПАСНО ИНОГДА ЛЮБИТЬ ИМПЕРАТРИЦУ.


Лев VI, преемник Иоанна X, занимал престол святого Петра всего несколько месяцев. За это время никаких скандальных происшествий не произошло.

Приведем лишь исторический анекдот, рассказанный историком Лиутпрандом, епископом Кремонским.

Во время понтификата Льва VI Италией правил император Беренгар, горячо любивший свою супругу Виллу.

У императрицы был любовник - священник, неслыханно безобразный: черен он был, как крот, зарос волосами, будто медведь, лицом и телосложением - настоящее чудище; вдобавок природа одарила его невероятной тупостью. Кроме всего прочего, он питал страсть к вину и употреблял его весьма неумеренно, отчего частенько бывал чрезвычайно груб, как все заядлые пьяницы. Словом, нетрудно представить, каков был этот соблазнитель!

Чтобы иметь неотлучно рядом с собой эту привлекательную личность, Вилла поручила ему воспитание своих дочерей. История умалчивает, чему их учила эта образина. Но и без того ясно, какое воспитание получили девушки.

Однажды ночью, когда верный возлюбленный, боясь разбудить дворцовую стражу, крался босиком к спальне императрицы, он споткнулся и упал в коридоре. По всей видимости, в тот вечер он пропустил несколько лишних стаканчиков.

Перепуганные слуги, услыхавшие шум, решили, что в покои пробрался вор, и схватили злосчастного церковнослужителя.

Опасаясь, что преступная связь будет разоблачена, Вилла без колебания, стремясь спасти свою репутацию, обвинила его в попытке совратить одну из ее дочерей.

Священник не счел нужным опровергать заявление своей возлюбленной и даже мысленно одобрил ее находчивость; он безропотно последовал за стражей, будучи твердо уверен, что императрица сумеет в кратчайший срок вызволить его из темницы.

Однако Вилла уже давно пресытилась своим любовником и только ждала благоприятного случая избавиться от гнусного клирика. Поэтому она попросила ускорить суд над ним и под предлогом, что несчастный урод может отомстить ей, оскорбив ее императорское достоинство, добилась того, чтобы в день оглашения приговора его лишили слова и для полной безопасности заткнули рот кляпом.

Суд приговорил обезглавить преступника.

Вероятно, незадачливый любовник, убедившись, что дело принимает трагический оборот, испытывал яростные муки, желая рассказать всю правду судьям о любовных похождениях императрицы. Но поздно. Приказ императрицы был выполнен: священник, отправляясь на плаху, не имел возможности заговорить.

Мораль анекдота такова: короли, завоевавшие себе право вершить судьбы народов, поистине вполне достойны дружбы, которой удостаивают их первосвященники.


 

46. ИНТИМНОЕ БЛАГОСЛОВЕНИЕ


О Стефане VIII, унаследовавшем тиару после смерти Льва VI, почти ничего существенного не сказано в летописях.

Некоторые набожные авторы утверждают, что он выказал себя очень суровым в борьбе за чистоту нравов духовенства. Как бы ни были скупы наши сведения о понтификате Стефана VIII, мы позволим себе усомниться в их достоверности.

Именно при понтификате Стефана VIII римские церковные законодатели выдвинули следующее смехотворное утверждение:

"Миряне не вправе никогда обвинять священников, даже если поймают их с поличным со своими женами или дочерьми. Верующие должны думать в этом случае, что священник пожелал дать их близким благословение в более интимной обстановке".

Как вам нравится этакое интимное благословение? Представьте себе супруга, который, внезапно вернувшись домой, находит свою жену в объятиях цветущего аббата. Вместо того чтобы прийти в умиление от этого необычайного зрелища, он, крайне разгневанный, восклицает:

- Черт возьми, что это значит, мадам? Вы, кажется, наставляете мне рога?!

Аббат же, устремив печальный взор на рогоносцасупруга, ничуть не смущаясь, отвечает ему:

- Как могла взбрести вам в голову сия нечестивая мысль? Я благословляю вашу супругу... Пройдите, сын мой, в соседнюю комнату. Когда я закончу благословение, я позову вас.

Что и говорить, указ приятный, но, конечно, не для мужа.

Однако эта булла доказывает, что святой отец Стефан не так уж рьяно боролся за чистоту нравов духовенства, как хотят нас в этом убедить ортодоксальные писатели.


 

47. ИОАНН XI, ВОЗЛЮБЛЕННЫЙ СВОЕЙ МАТЕРИ


С восшествием на святой престол Иоанна XI, преемника Стефана VIII, мы вновь встречаемся с куртизанкой Мароцией.

От папы Сергия у нее был сын Октавиан, и она с нетерпением ждала его совершеннолетия. После смерти папы Стефана VIII Мароция, владевшая огромными землями и имевшая в своем распоряжении многих вассалов, использовала свое влияние в Риме, чтобы без труда отвоевать папский престол для Октавиана, который вдвойне был дорог ее сердцу - как сын и как возлюбленный.

Когда Октавиана возвели на святой престол, ему было восемнадцать лет. Слабохарактерность и нерешительность Октавиана внушали опасение красавице Мароции. Желая заручиться сильным покровителем, она решила отравить своего мужа, который не так давно столь отменно расправился с Иоанном X. Одним убийством больше или меньше - какое это имеет значение для возлюбленной многих пап? Сущие пустяки!

Очаровательная вдова предложила руку и влиятельное положение в Риме своему деверю - Гуго, королю Ломбардскому. Короля нисколько не смутило то обстоятельство, что его двоюродного брата Мароция отравила: он хорошо был осведомлен о всех проделках этой гетеры, воскресившей в полной мере нравы античного Лесбоса и не менее древней Гоморры.

Может, он все же колебался, когда она изъявила желание вступить с ним в брак? Нет, он с восторгом принял предложение! В вопросах нравственности ни папам, ни христианским королям неведомы угрызения совести.


 

48. ОТЛИЧНАЯ СЕМЕЙКА


Женившись на вдове и отравительнице собственного мужа, Гуго, выражаясь языком практичных людей, сварганил выгодное дельце. Этот союз расширил владения короля и укрепил его могущество. Но король переоценил свои возможности, и это погубило его.

От некого маркиза Адальберта (одного из первых ее возлюбленных) Мароция имела сына Альберика, братски делившего с Иоанном XI чудовищные ласки их матери.

Король Гуго не находил ничего дурного в том, что супруга его была любовницей папы; возможно, что верный католик усматривал в этом особую честь для себя. Но к Альберику он питал глубочайшее отвращение.

Когда его положение окрепло, он не счел нужным сдерживаться и, поскольку его добродетель была возмущена, наградил Альберика пощечиной. Разъяренный Альберик поднял бунт в Риме и напал на замок святого Ангела. Король Гуго, захваченный врасплох, с трудом спасся, оставив Рим своему противнику.

Победитель принял титул герцога и фактически стал диктатором Рима. Сделав своим пленником Иоанна XI, он выпускал его на свободу лишь в самые торжественные праздники - для совершения богослужения. Поэтому смерть явилась для Иоанна XI сущим избавлением (он умер в 935 году от обжорства и пьянства).

Что касается Мароции, то Альберик, не очень-то доверяя ей после всей авантюры, держал ее неотлучно при себе. От их преступного сожительства родился сын, которого мы вскоре видим на папском престоле под именем Иоанна XII; он продолжит традиции этой гнусной семейки в третьем поколении.

Папа Иоанн XII, сын своего брата по матери, в известном смысле был изнасилован этой гнусной женщиной еще задолго до того, как он достиг половой зрелости. Он втянулся в разврат, и Мароция вскоре обрела пылкого любовника.

С годами Иоанн XII если не стал самым порочным среди преемников святого Петра, то уж, во всяком случае, перекрыл всех предшественников своими оргиями. Совершенно невозможно перечислить всех женщин, которых этот папа соблазнил или изнасиловал, ибо он не останавливался и перед насилием, если кто-нибудь осмеливался не уступить ему.

Некоторых своих любовниц папа окружил величайшей роскошью. Впрочем, в отношениях с женщинами Иоанн XII вообще был весьма щедрым. Правда, щедрость пап и королей имеет ту особенность, что она им лично ничего не стоит.

Вдове одного из своих вассалов, которую он особенно пылко любил, святой отец отдал в управление несколько городов и монастырей.

Другой возлюбленной, очевидно, также угодившей ему, он подарил золотые кресты и сосуды из церкви святого Петра.

Итальянские вельможи, не желавшие больше терпеть бесстыдного ловеласа на святом престоле, обратились к Оттону, императору Германии, с посланием. Они писали, что папа интригует против него, ибо фактически как церковными, так и государственными делами руководит не папа, а дежурная фаворитка или фаворит. Помимо примеров вероломства Иоанна XII в этом послании приводились и такие факты:

"Одна из сожительниц Иоанна XII - Стефанетта - после продолжительной связи с папой умерла на наших глазах в Латеранском дворце, родив сына, отцом которого, по ее словам, был папа. Обитель первосвященника стала местом разврата, приютом публичных женщин! Его тетка вместе с его матерью Мароцией погрязли в грехе кровосмесительства. Римские женщины, как и чужестранки, боятся входить в храм святых апостолов, ибо даже на ступенях алтаря это чудовище находит себе жертвы среди жен, вдов и девушек! Храмы апостолов обрушиваются, небо, содрогаясь от слез, грозит верующим гибелью!"


 

49. ПОТЕРЯ ПРЕСТОЛА


Оттон, получив послание римлян, несмотря на всю тяжесть содержавшихся в нем обвинений, не захотел прибегать к крайним мерам. Он удовлетворился строгим предостережением, на что Иоанн XII ответил тем, что пообещал исправить свои ошибки (он называл это ошибками!), ссылаясь в качестве оправдания на свою молодость.

Поверив его лицемерным заверениям, император в знак того, что он намерен поддерживать хорошие отношения с папой, послал в Рим Министерского и Кремонского епископов.

Иоанн XII оказал им в Латеране самый радушный прием, но уже через восемь дней, отослав их, приказал открыть ворота Рима конкуренту Оттона - Адальберту (сыну Беренгара), который с триумфом вошел в город и утвердился в древнем дворце патрициев.

Оттон, возмущенный предательством Иоанна XII, немедленно двинулся во главе целой армии на Рим. Иоанн и Адальберт сочли благоразумным не дожидаться Оттона и бежали, захватив с собой все сокровища святого Петра.

"Спасем кассу!" - таков всегда был девиз первосвященников.

К моменту появления императора римское население разделилось на два лагеря; к одному примкнули все честные граждане, к другому - бандиты и воры. Излишне добавлять, что последние были сторонниками папы.

Появление многочисленной армии сразу охладило воинственный пыл этой шайки: не оказывая сопротивления, они выразили свою покорность и присягнули в нерушимой верности императору. Однако Оттон, решив сурово наказать папу, поспешил созвать собор. На соборе присутствовало сорок епископов, тридцать кардиналов, три диакона, много монахов и мирян. Что касается Иоанна XII, то он не соблаговолил явиться. Когда император выразил свое сожаление по поводу того, что папа не счел нужным защищаться, один из епископов воскликнул: "Его преступления совершались на глазах у всех, слух о них дошел до народа, живущего в далекой Индии. Иоанн XII покрыл имя свое позором!"

Оттон потребовал, чтобы обвинения были сформулированы более точно. Тогда епископы и кардиналы один за другим принялись перечислять малые и великие прегрешения папы, все случаи святотатства, все тягчайшие преступления, совершенные им.

По словам епископа Петра, Иоанн XII служил обедню, будучи пьяным; епископ же Нарни своими глазами видел, как папа посвящал кого-то в диаконы... в конюшне.

Иоанн провозглашал тосты за здоровье сатаны и призывал на помощь Юпитера, играя в карты: во время оргий Иоанн назвал себя жрецом Венеры.

Подобные обвинения сыпались со всех сторон под возмущенный ропот ассамблеи.

Если для нас собор - обыкновенный фарс, то не надо забывать, что в ту эпоху собор был событием особой важности. Кроме того, обвиняли не простое лицо, а человека, носившего высшее духовное звание.

Представьте себе, если какой-нибудь шут вздумает смеха ради посылать амурные записочки в облатке святого причастия. Или вдруг какому-то балагуру придет на ум кормить золотых рыбок в сосуде со святой водой с помощью клистирной трубки древнего образца. Мы усмотрим в этих проделках шутку сомнительного вкуса, но все же шутку - и, пожалуй, невинную. Ну, а если это проделки служителя церкви - что сказать тогда? Разве его профессия сама по себе не обязывает его верить в благодать гостий - так же как и в благодать священного сосуда с жидкостью? Нет, тогда эти проделки становятся фактами, весьма знаменательными; по ним можно судить о лицемерии служителей церкви.

Перечислив все, так сказать, легкие грешки Иоанна XII, на соборе приступили к чтению списка его грехов, из ряда вон выходящих: Иоанн XII за деньги продавал епархии; посвящал в звание епископа и священника несовершеннолетних детей; публично предавался чудовищному прелюбодеянию с матерью своей Мароцией и теткой; роздал храмовые деньги бедняков куртизанкам; превратил папский двор в публичный дом; выколол глаза Бенедикту - своему духовному наставнику, погибшему от рук палача; приказал задушить в своем присутствии кардинала Иоанна, предварительно оскопив его.

В заключение собор торжественной клятвой подтвердил правдивость этих обвинений.

Несмотря на все неоспоримые доказательства, император отказался судить папу заочно и повелел солдатам отправиться за ним. Вскоре они вернулись с донесением, что святой отец в боевом облачении с мечом, в шлеме, окруженный куртизанками, движется во главе обоза, набитого доверху канделябрами, распятием, чашами и прочей церковной утварью.

Виновность Иоанна XII была окончательно установлена. Однако Оттон, желавший, чтобы суд носил абсолютно беспристрастный характер, послал Иоанну XII письмо, предлагая ему оправдаться.

В ответ Иоанн пригрозил, что он проклянет императора.

Оттон повторил приглашение, но папа оставил его без ответа.

Тогда император, опросив всех членов собора, объявил Иоанна XII низложенным.

Доблестный первосвященник, однако, не сказал еще своего последнего слова.


 

50. ЦЕЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ СРЕДСТВА


Цель то есть святой престол, отняли у Иоанна. А средства? Сейчас мы познакомимся с ними. После низложения Иоанна народ с неописуемым энтузиазмом приветствовал римского священника Льва.

Когда новый папа Лев воссел на престоле, порядок был восстановлен, и Оттон счел возможным отправить свою армию на зимние квартиры, оставив при себе лишь небольшой отряд телохранителей.

Вскоре император понял, что совершил грубую ошибку. Не успела его армия покинуть Рим, как в городе начались волнения. Священники, умолявшие императора о помощи, первыми восстали против Оттона.

Иоанн XII, который до сих пор играл в молчанку, внезапно вышел на арену и начал действовать. Его агенты распространяли по городу воззвания, в которых низложенный папа обвинял собор, созванный Оттоном, в нарушении всех божеских и человеческих законов, ибо только одному богу принадлежит право судить папу. Называя своего преемника антипапой, императора - тираном и язычником, он предал обоих анафеме, вкупе со всеми епископами, кардиналами, священниками и вельможами, выступавшими против него. Он, "Иоанн XII, истинный первосвященник, возведенный на трон по всем правилам церкви, дает отпущение грехов и от имени святого Петра, властью, врученной ему самим небом, призывает верующих любыми средствами, железом или ядом, бороться против его врагов". И приказывает римлянам немедленно осадить дворец Оттона и убить его, ибо на то есть воля господня.

Нетрудно себе представить, как подействовали его воззвания на суеверный и фанатичный народ. В конце концов путем обещаний и подкупа он сколотил довольно значительную партию.

Священники, еще недавно осуждавшие Иоанна, стали его пылкими союзниками. 2 января 964 года под звон римских колоколов скопище церковников и всяких проходимцев направилось ко дворцу Оттона.

Мужество, очевидно, не являлось самым главным достоинством этих импровизированных вояк. Маршируя, они вопили во все горло, как делают трусы, когда хотят подавить в себе страх.

Довольно примитивное средство, чтобы обезоружить врага.

Услышав еще издали их вопли, Оттон во главе своих телохранителей двинулся им навстречу.

При первом же выстреле панический ужас охватил священников, и, сбивая друг друга, падая, как карточные капуцины, они обратились в бегство, оставив без защиты взбешенных солдат.

На следующий день Оттон объявил, что готов простить мятежников при условии, что они выдадут ему сто заложников и снова присягнут на верность.

Заложников выдали. Присягу дали. Правда, одновременно они поклялись нарушить присягу при первом удобном случае, подтвердив справедливость известного принципа: обет всегда можно преступить.


 

51. КАРНАВАЛ В СОБОРЕ


Бегство соратников вынудило Иоанна XII отступить, но он не сложил оружия.

Римские куртизанки с нетерпением ожидали восстановления папы на троне. Они явно ощущали на себе его благодать и прекрасно понимали, что как только Иоанн обретет тиару, власть снова окажется в их руках. Воодушевленные, они без устали носились по всем кабакам и притонам, сыпали золотом наяраво и налево, участвовали в омерзительных пирушках с ворами и бандитами и в короткий срок сколотили армию проходимцев, готовых броситься в бой по первому сигналу.

Сам Оттон дал им возможность действовать.

Этот император совершенно не понимал истинной природы духовенства; он считал, что вполне может положиться на его обещания, и верил, что последняя присяга принесет ему наконец долгожданный покой.

Чтобы еще больше связать церковников узами благодарности, он решил вернуть им заложников. Оказав эту милость и уверенный в их чистосердечном расположении к нему, он покинул Рим и направился к своей армии. У сторонников Иоанна руки были развязаны. Они не преминули воспользоваться опрометчивостью Оттона, и Иоанн XII снова вступил в Рим в торжественном окружении бандитов и священников.

Он водворился в Латеранском дворце, откуда папе Льву VIII удалось ускользнуть, и созвал новый собор, на котором присутствовали в основном те же епископы, которые еще так недавно громогласно обвиняли его. На этот раз они с восторгом приветствовали папу-победителя и с той же решимостью голосовали за его восстановление, с какой собирались растерзать, когда он был низложен.

Этот неожиданный поворот великолепно характеризует низменную и рабскую натуру духовенства, его постыдное заискивание перед сильными и беспощадную суровость к слабым.

Иоанн XII появился в зале собора, устало опираясь на плечи двух куртизанок, в сопровождении целой процессии, состоящей из девиц легкого поведения и всякого сброда.

Перед своими грязными сателлитами (которым более пристало валяться пьяными у себя в чулане, чем присутствовать на таком помпезном сборище) святой отец произнес пламенную речь, заклеймив собор, осмелившийся низложить его.

Под конец он лишил Льва VIII всякого священного звания и под угрозой анафемы запретил ему приближаться к святому городу. Некоторых прелатов он было разжаловал, но они принесли повинную и так пресмыкались перед ним, что на следующий день папа восстановил их в прежних правах.

Безобразный карнавал закончился кошмаром. Для острастки, конечно, полезна анафема, но пытка - средство более убедительное. Иоанн XII осудил двух почтенных священников, которые раньше требовали его низложения, а теперь, не страшась последствий, не последовали примеру остальных и не стали пресмыкаться перед ним. Одному из них отрубили правую руку, другому лишь два пальца, но зато, чтобы восстановить попранную справедливость, отсекли нос и язык.


 

52. КУРТИЗАНКА, ПРИЧИСЛЕННАЯ К ЛИКУ СВЯТЫХ


В течение некоторого времени Беренгар настойчиво преследовал принцессу Адельгейду - вдову Лотаря, графа Парижского, герцога Французского - уговорами выйти замуж за его сына.

Принцесса, считая, что отпрыск свергнутого короля недостаточно блестящая партия для нее, обратилась за поддержкой к Оттону; последний согласился не только взять ее под свою защиту, но и жениться на ней. Оттон знал, что, перед тем как стать женой Лотаря, Адельгейда находилась в любовной связи с его отцом - Гуго. Кроме того, Оттону было известно, что, вступив в брак, Адельгейда с присущей ей щедростью одаривала своими милостями и супруга, и свекра и, даже став вдовой, сохраняла преступную связь с Гуго, несмотря на то что ложе покойного супруга она по очереди предоставляла многим молодым вельможам приятной наружности, отличавшимся и умом, и богатством (история добавляет, что Адельгейда вела тщательный подсчет: молодые люди были все пронумерованы, подобно современным омнибусам).

Словом, Оттон отлично понимал, что, предложив ей руку и сердце, он станет великим рогоносцем своего времени. Но стоит ли обращать внимание на такие мелочи?..

Госпожа Адельгейда приносила в приданое крупные провинции, а когда приданое молодой или даже пожилой женщины составляют обширные поместья, кто из титулованных особ откажется от чести стать обладателем земель, даже если они прибавят к его короне несколько нелепых украшений?

Читатель может прийти в недоумение: зачем в книге о жизни и деяниях святых распутников уделять место анекдоту?

Разрешите пояснить: мы воспользовались случаем познакомить читателя с прелестной Адельгейдой, потому что сия благородная дама, прелюбодейка и кровосмесительница, в конце концов станет возлюбленной первосвященника и займет достойное место в списке праведников, удостоившихся канонизации.

Понимая, что не все обитатели рая находят наслаждение в музыке, заботливая церковь помимо упражнений на тромбоне, кларнете и других инструментах стремится предоставить своим избранникам, попавшим на небо, не менее достойные развлечения.

Воздадим же благодарность святой церкви за ее заботливость!


 

53. ПОТАСОВКА НА СВЯТОМ ПРЕСТОЛЕ


Но вернемся к Иоанну XII. Отвоевав престол, он недолго предавался наслаждениям. Однажды ночью какой-то римский вельможа застиг свою супругу с папой... в момент интимного благословения. Иоанн довольно часто развлекался подобным образом; обычно благочестивые мужья смущенно обращались в бегство, предпочитая закрыть глаза на ниспосланную им благодать.

На сей раз Иоанн XII, по-видимому, наткнулся на отъявленного безбожника. А быть может, осчастливленный супруг просто не узнал Иоанна: вряд ли в такой момент папа находился в полном парадном облачении. Как бы там ни было, ревнивец изо всех сил стукнул Иоанна по голове, и тот потерял сознание.

Пострадавшего перенесли в патриарший дворец, и через восемь дней он отдал богу свою праведную душу (20 мая 964 года).

Священники распустили слух, будто Иоанн XII сражался с дьяволом и рана на его голове - удар рога самого сатаны.

Что ж, эта маленькая деталь не лишена некоторого правдоподобия.

Римляне отлично понимали, что им теперь не избежать кары Оттона (вряд ли кто-нибудь поверит их новым клятвам!), и принялись энергично готовиться к защите города. Папой же провозгласили кардинала Бенедикта.

Оттон со своей армией не заставил себя долго ждать и вскоре осадил Рим.

Население защищалось с мужеством отчания. Даже святой отец, взобравшись на баррикады, метал громы и молнии, проклиная разбойников... Увы, его анафемы никому не причинили ни малейшего вреда.

Сопротивление длилось до тех пор, пока голод не истощил силы осажденных. Римляне были вынуждены открыть ворота Оттону и Льву VIII.

Епископы, уже дважды предавшие и Иоанна и Льва, нисколько не смутясь, и на этот раз выразили полную покорность Оттону и единодушно опять признали Льва VIII папой.

У этих церковников, действительно, поразительно гибкий позвоночник!

Бенедикта осыпали проклятиями те, кто еще совсем недавно возвели его на престол.

В присутствии всего собора, созванного для восстановления Льва VIII, Бенедикту по приказу нового папы надлежало, сорвав с себя церковное облачение, растянуться на земле.

Его приговорили к ссылке. И папа Лев VIII смог вздохнуть спокойно.

Так закончилась кутерьма на папском престоле. Лев VIII и Иоанн XII по очереди одерживали победу друг над другом. Вопреки басне Лафонтена, третий козел, попав в огород, потерял все. Бедный Бенедикт!


 

54. МЕСТЬ И УТЕХИ ПЕРВОСВЯЩЕННИКОВ


Боги, как известно, очень мстительны. Мы все же думаем, что папы, будучи всего лишь помощниками богов, далеко превзошли их. Они умеют придавать своей мести такую утонченность, перед которой пасуют обычные палачи. В этой области папы настоящие артисты.

После смерти Льва VIII, через год после его реставрации, с согласия императора Оттона был избран папой Иоанн XIII.

Взойдя на престол, он начисто позабыл судьбу своих предшественников. Преисполнившись безумного тщеславия, он стал страдать манией величия и так измывался над всеми, от мала до велика, что вскоре восстановил против себя все население Рима - от сановной знати до ремесленников. И его изгнали из вечного города.

Во главе движения стояли герцог Рофред, префект города Петр и старшины цехов.

Просидев одиннадцать месяцев в Капуе, Иоанн XIII пришел к выводу, что Ганнибал явно преувеличил прелесть этого городка. Разумеется, жизнь в Капуе менее приятна, чем в Латеранском дворце!

Наконец луч счастья озарил долгие тоскливые дни изгнанника: бандиты Калабрии, подкупленные им, пробрались к Рофреду (которого тем временем римляне избрали консулом) и вскоре сообщили Иоанну, что уплатили свой долг сполна.

Святой отец заранее предвидел, что смерть Рофреда нанесет роковой удар всему движению. Лишенные вождя, римляне в отчаянии и страхе ожидали Оттона.

Надо заметить, что императору наскучили вечные распри и беспорядки в Риме; слишком часто римляне вынуждали его предпринимать утомительные переходы, а длительные путешествия весьма дурно отзывались на его нервной системе.

Охваченные паникой горожане решили, что им ничего не остается, как вернуть Иоанна XIII и восстановить его на престоле; к тому же они еще надеялись, что страх перед гневом императора укротит и его нрав. Какая наивность! Впустить тигра в овчарню стеречь овец, страшась волка, который вот-вот нагрянет!

К празднику рождества Оттон прибыл в Рим и посвятил весь день молитве и благочестивым делам. А на следующий день по распоряжению императора двенадцать достойнейших граждан и префект Петр были отданы на милость папы.

Святой отец дал волю своей ярости. Объявив, что смерть на виселице слишком мягкое наказание преступникам, он подверг несчастных чудовищным пыткам; самым страшным истязаниям подвергали префекта Петра: ему отрезали нос, губы, затем привязали к конной статуе Константина и палачи измазали ему лицо человеческими испражнениями. Потом, раздев донага, посадили на осла, привязав бубенчики к голове и ногам. В таком виде его провезли по улицам города, избивая плетьми, и, наконец, окровавленного, заточили в страшное подземелье!

В своей неуемной ярости этот гнусный папа никак не мог примириться с мыслью, что Рофред, убитый его же наемниками, избежал пыток. В конце концов он доставил себе удовольствие - приказал вырыть тело Рофреда из могилы и вывалять в грязи, после чего труп был выброшен на свалку города.


 

55. ЦЕНА КРЕЩЕНИЮ


Пока Польша оставалась языческой страной, она процветала: приняв христианство при Иоанне XIII, она впала в нищету. Вот что рассказывает летопись об этой прискорбной метаморфозе. Наследник престола князь Мешко, ослепший в семилетнем возрасте, внезапно прозрел, после того как ему обрили голову.

Естественно, загадочное событие было объявлено чудом. Созванные со всех концов страны кудесники хором возвестили, что в царствование Мешко Польшу озарит великий свет!

Польская знать твердо уверовала в пророчество, ибо увидела в нем счастливое и славное будущее своего государства. Поначалу ее постигло жестокое разочарование: едва взойдя на престол, Мещко потерпел ряд крупных поражений в битвах с соседями; кроме того, слепо веря в предсказания кудесников и свой счастливый гороскоп, он пренебрегал государственными делами и, уединившись во дворце с наложницами, веселился и пировал в ожидании великого света!

Спустя некоторое время изнуренный подобными занятиями князь, убедившись в своем бессилии, разослал гонцов по всей Польше, обещая награду тому, кто его исцелит и даст возможность заиметь наследника.

Несколько римских священников, которые к тому времени уже проникли в Польшу, тотчас явились и, как истинные пророки, заверили князя, что желание его сбудется, как только он отречется от язычества, прогонит наложниц и женится на христианке.

Невежественный и суеверный Мешко легко поддался на уговоры, тем более что ему обещали в жены дочь короля Богемского Болеслава - девицу неслыханной красоты.

Князь направил послов к Болеславу, поручив им объявить о его согласии немедленно раскрыть объятия для христианства и христианки.

Результаты печального обращения дали себя знать сразу же после того, как Мешко сочетался браком с богемской королевной... Молодой князь, как и обещал, отрекся от веры своих предков и стал ревностным христианином.

Он приказал разрушить идолов, которым столь истово поклонялся прежде, конфисковал имущество подданных, продолжавших упорно отстаивать старую веру, и распорядился кое-кого из них отправить на костер.

Пламя этих костров - не тот ли "великий свет", который, по предсказанию оракулов, должен был озарить Польшу?

В свою очередь и папа не терял времени даром. Он срочно отправил своих легатов в Польшу, чтобы закрепить ее за своим престолом: назначил двух архиепископов, учредил семь епископств, множество церквей, аббатств. Словом, заполнил всю страну монахами и священниками. Церковная рать, рассыпавшись по всей территории Польши, принялась энергично собирать налоги в пользу апостольского трона.

Фанатик Мешко, послушное орудие в руках первосвященника, подарил святому престолу немалые суммы на постройку новых церквей. Короче говоря, несчастную Польшу разграбили, расхитили, разорили во имя интересов римского двора.

Дорого заплатила Польша за крещение своего князя!


 

56. ДОБРЫЕ ОСТАНКИ ТОЖЕ... УКРЕПЛЯЮТ ДРУЖБУ


Когда все богатство Польши перешло в руки ксендзов, а землю захватили монастыри и епископства, разоренные крестьяне под предводительством обедневших дворян стали грабить церкви. Преступно, скажут некоторые. Но когда вы заставляете мошенника вернуть похищенный им кошелек, разве вас мучают угрызения совести?

- На помощь! На помощь! - завопили испуганные священники, почувствовав, что их схватили за горло.

- Иду! - ответил Бржетислав, герцог Богемский, и не замедлил явиться.

Но когда герцог воочию убедился, какие несметные богатства скопились в церквах и монастырях, и наряду с этим увидел голодный, исступленный народ, он прикинул:

"Какая из сторон сильнее в настоящее время? Крестьяне. Но, с другой стороны, священники сказочно богаты. Я был бы вдвойне идиотом, если бы выступил против последних. Действовать против священников - большой грех, но и оказать им помощь было бы большой глупостью".

Архиепископ Пражский согласился с Бржетиславом, и они выработали новую, самостоятельную линию поведения. Они начали захватывать крупнейшие города королевства, и в первую очередь Гнезно, столицу Польши. Засев в этом городе, войска Бржетислава принялись обирать местные церкви. Собор в Гнезно считался одним из самых богатых храмов Польши; главной гордостью собора было массивное золотое распятие и три аналоя, украшенных драгоценными камнями. Бржетислав и его епископы не замедлили прибрать их к рукам.

В том же храме находились мощи блаженного Адальберта, которые очень приглянулись обоим богемцам. Однако местное духовенство, пронюхав, что Бржетислав имеет виды на святого, решило сыграть с ним злую шутку. Сохраняя полную тайну, ксендзы ночью вынули мощи Адальберта и заменили их телом брата Гауденция. Тот тоже был святым, но значительно ниже рангом.

Бржетислав и пражский архиепископ, не заметив подмены, счастливые, увезли мнимого Адальберта. Польские же ксендзы лишь посмеивались над обманутыми мошенниками. Радость от удачной операции несколько облегчила горе, которое они испытали от потери остальных богатств. Ксендзы отлично понимали, что с почтенным покойником, зная ему цену, в убытке не останешься.

Словом, полное согласие воцарилось между бандитами, и расстались они друзьями... А благодаря комуБлагодаря Гауденцию.

Можно смело сказать: добрые останки тоже укрепляют дружбу!


 

57. ДВА ЧУДА


Без чудес не бывает религии! Лишь поражая воображение невежественных и легковерных людей фактами, которые кажутся сверхъестественными, священники в состоянии утверждать свое господство над умами и навязывать в качестве не подлежащих сомнению истин самые нелепые догмы.

Иоанн XIII очень ценил это оружие. Современные летописцы рассказывают об одном сногсшибательном чуде, совершенном им. Один вельможа из свиты Оттона считал, что в него вселился бес. Несчастный во время припадков царапал свое лицо, кусал пальцы на руках и ногах.

Император, опечаленный состоянием своего любимца, попросил папу надеть больному на шею знаменитую цепь святого Петра, обладавшую будто бы способностью изгонять бесов. Святой отец согласился, сделал все необходимые приготовления и разослал приглашения.

В присутствии многочисленной избранной публики на шею больного стали накладывать одну за другой несколько цепей, похожих на цепь святого Петра, однако никакого эффекта не последовало. Но едва к больному прикоснулись "настоящей" цепью - густой дым окутал бесноватого и страшные крики раздались над его головой. Никто не сомневался, и сам одержимый меньше других, что вопли испускал сам диавол.

Все очевидцы в один голос завопили о чуде. Любопытно, как бы они реагировали, доведись им присутствовать на сеансе современного фокусника?

Второе чудо. Иоанн XIII ввел нелепый обычай крестить колокола. Если крещение ставит своей целью очищение от грехов, то спрашивается, в каких же грехах мог быть повинен кусок металла? Но если освободить религию от всех бессмыслиц, которыми она заполнена, священникам нечего будет делать.

Согласно некоторым легендам, большой колокол церкви святого Иоанна в Латеране обладал способностью обращать в бегство бесов. Один монах утверждает, что был свидетелем такого изгнания.

"Некая молодая девушка,- рассказывает он,- в сопровождении своей матери направилась в базилику. В то время как они поднимались по ступенькам паперти, зазвонили колокола, призывающие римлян к молитве. Бедная девушка тотчас упала в ужасных судорогах, и я заметил, как дух тьмы, выскользнув из-под края ее одежды в виде новорожденного младенца, быстро испарился в воздухе".

Разве не поучительно такое чудо? Честная молодая девушка идет к обедне. Поднимаясь по ступенькам, падает на пол, корчится в судорогах в тот момент, когда зазвонил колокол. Все свидетельствует о том, что она одержима... или точнее, была одержима... месяцев девять тому назад.

Но каким образом добрый монах угадал, что "новорожденный младенец", который выскользнул из-под края одежды девушки, являлся духом тьмы? Мы скорее склонны думать, что то был маленький ангел, и вместо того, чтобы отправиться в небытие, он унесен был самой матроной, любовно предоставившей ему свою грудь. Правда, эта гипотеза бросает некоторую тень на невинность молодой девушки... Впрочем, не будем шутить. История эта наивна, не правда ли? И все же, если ее расскажет со всеми подробностями какой-нибудь церковник, имеющий ясное представление о своей клиентуре, верующие люди сочтут своим долгом поверить в это чудо!


 

58. УБИРАЙСЯ С МОЕГО МЕСТА!


Вскоре после того, как Бенедикт VI сменил на святом престоле Иоанна XIII, мужественный римский гражданин Кресченциус призвал народ к восстанию во имя освобождения отчизны от ига пап и королей. Кресченциус мечтал воссоздать древнюю Римскую республику, но планы его заранее были обречены на провал. Церковное владычество, повергнув народ в невежество, подавляло всякую смелую мысль, все, что хоть в самой ничтожной степени отклонялось от церковных канонов. И благородная идея Кресченциуса не могла воплотиться в жизнь.

Чтобы призвать народ к оружию, надо было прежде всего освободить его от присяги Бенедикту VI. Крес ченциус и остальные руководители движения предложили убить папу. Бенедикта, такого же изверга, как и самые худшие его предшественники, задушили в его дворце.

Бесспорно, этот акт был продиктован самой справед Живостью. Но в то же время пылкий патриот-энтузиаст Кресченциус колебался отдать приказ об убийстве, хотя искренне верил, что от этого шага зависит победа восстания. Священник, по имени Франкон, поспешил огласить зловещий приказ, но отнюдь не во имя победы народа: этот злодей мечтал занять место Бенедикта. Еще на площади раздавался стук ружейных прикладов, когда одержимый Франкон ворвался в Латеранский дворец и возложил на себя тиару.

Наглость принесла успех: народ встретил его с ликова нием, и он был провозглашен папой - Бонифацием VII

Новый первосвященник, сын диакона и куртизанки получивший в наследство гнусные инстинкты, ознамено вал свою жизнь омерзительнейшими преступлениями.

Правда, ему почти не удалось воспользоваться плодами своего первого злодеяния. Представители могущест венной феодальной группировки, графы Тосканелли, объявили ему войну не на жизнь, а на смерть, а знаменитые магнаты не останавливались ни перед чем для достижения своих целей.

Бонифаций обессилел в борьбе с многочисленными противниками. Ежеминутно опасаясь западни, удара ножа в спину или яда, он решил бежать из Рима. Разумеется, прежде всего он позаботился о том, чтобы не отправиться в путь с пустыми руками. Ограбив церковь святого Петра и обеспечив тем самым себе роскошное и привольное житье, Бонифаций тайком проник на судно и отплыл в Константинополь.

Похищенные сокровища - дароносицы, распятия, подсвечники, сосуды и другую церковную утварь - надо было обратить в деньги. Бонифаций мог бы сбыть свой товар перекупщикам, но грязный мошенник прикинул, что гораздо выгодней самому заняться торговлей, и вот его увидели на улицах Константинополя, бесстыдно продающим священный скарб.

Он прожил несколько месяцев на Востоке, беспрерывно предаваясь оргиям со своими фаворитками и фаворитами; когда же "доходы" его иссякли, он вернулся в Италию. Мы скоро вновь увидим его на святом престоле, который он завоюет, убив своего соперника Бенедикта VII. И Рим, привыкший ко всяким ужасам, содрогнется от злодеяний Бонифация VII.


 

59. ПОКРОВИТЕЛЬ И ПОДОПЕЧНЫЙ


Могущественный дом Тосканелли не без труда нашел преемника Бонифацию VII. На апостольский трон прочили одного клюнийского аббата, человека честного и, стало быть, совершенно не пригодного для этой должности. Впрочем, эта уникальная личность вопреки настояниям императора Оттона и императрицы Адельгейды наотрез отказалась от тиары. Другой священник. по имени Домн, менее щепетильный, поспешил изъявить свое согласие, воссел на престол и... неожиданно скончался.

После смерти Домна Бонифаций VII попытался было захватить престол, но спасовал перед Бенедиктом, которого поддерживали все те же Тосканелли. Благодаря столь высокому покровительству Бенедикт VII стал сто сорок вторым папой.

Кроме обычных пороков, свойственных представителям его касты, он отличался невероятным лицемерием. Прикидываясь суровым аскетом, он, укрывшись от всех в покоях своего дворца, предавался отвратительным оргиям. Однако стены папской обители оказались недостаточно глухими, чтобы сохранить тайны папы-распутника.

После короткой и победоносной кампании над греками, пытавшимися вторгнуться в Калабрию, Оттон вернулся в Рим на рождественские праздники - в действительности же лишь для того, чтобы успокоить дрожавшего от страха Бенедикта. Дело в том, что бывший первосвященник Бонифаций вместе со своими сторонниками беспощадно терроризировал беднягу-папу, да и все римское население.

Страх, как известно, плохой советчик. Именно постоянный страх, испытываемый Бенедиктом, толкнул его на дикий поступок, который он совершил при поддержке своего покровителя.

По настоянию своего питомца его величество император Оттон решил устроить блистательный пир в ознаменование праздника рождества Христова. Он пригласил на ужин крупных сановников Рима, а также магистров и депутатов из соседних городов.

Все было подготовлено для веселья королевских гостей. Великолепно сервированный стол ломился от изысканнейших яств, лакомые дорогие блюда сменялись одно за другим, редчайшие вина лились в изобилии. В разгар трапезы державный человеконенавистник подал знак. Музыка заиграла воинственный марш, словно призывающий к атаке, и в зал, грохоча сапогами, вошел отряд солдат. Музыканты смолкли, солдаты с саблями наголо. подобно телохранителям, заняли место возле каждого гостя, и в мертвой тишине офицер, вынул длинный список, поименно стал называть каждого приговоренного к смерти.

Шестьдесят жертв, уведенных с торжественного пира, были тут же казнены.

Между прочим, во время этого дикого представления император и папа продолжали застольную беседу и, как ни в чем не бывало, посмеиваясь, потчевали остальных гостей!


 

60. НОВЫЕ ПОДВИГИ БОНИФАЦИЯ


В время как Оттон и Бенедикт развлекались в меру своих сил и способностей, Бонифаций, стремившийся к власти и богатству, с помощью подарков и обещаний вербовал приспешников и усердно сколачивал войско.

Было бы оскорбительно для памяти этого мерзавца думать, будто он хоть на минуту предполагал сдержать свои обещания. Бонифаций разработал даже специальную теорию, каким путем устранить в будущем своих кредиторов.

Оттон, убедившись, что друг его Бенедикт вполне успокоился после дикой расправы в канун рождества, занялся пополнением своей армии как в Риме, так и в его окрестностях. Греки, объединившись с сарацинами, вновь напали на Калабрию, и Оттон немедленно двинулся против них. Но при первом же столкновении итальянцы обратились в бегство. Сражение происходило на морском берегу. Оттон, прыгнув на баржу, случайно находившуюся поблизости, был ранен. Стрела оказалась отравленной, и он скончался несколько месяцев спустя.

Стрела была пущена не кем иным, как... Бонифацием, который не счел зазорным сражаться в рядах неверных.

Бенедикт ненадолго пережил своего покровителя и, сраженный той же рукой, умер в июле 983 года.

"Уж на этот раз престол наместника достанется наконец Франкону",- говорил себе Бонифаций.

Увы, и на этот раз он просчитался. Папой стал епископ Павийский, взошедший на престол под именем Иоанна XIV.

Но Бонифаций не позволил ему засидеться на престоле. Не останавливаясь ни перед чем, он пустил в ход остатки всех своих сокровищ на подкуп разного сброда и вскоре, собрав многочисленное войско, стал полновластным хозяином Латеранского дворца, предварительно арестовав Иоанна XIV. Заточив его в подземелье замка Святого ангела, Бонифаций через четыре месяца приговорил его к голодной смерти.

А чтобы запугать сторонников Иоанна (если бы таковые обнаружились у него), Бонифаций привязал труп своей жертвы, в парадном облачении, к подъемному мосту дворцовой крепости.

Это было совершенно излишне и могло лишь повредить Бонифацию, ибо, по словам историка Платины, папа, который погиб голодной смертью, сразу вызвал состра дание и симпатию у народа.

Как только трон оказался вакантным, Бонифаций немедленно провозгласил себя папой. Учитывая отношение римлян, он не строил никаких иллюзий и понимал, что только жесточайшими репрессиями и террором ему удастся удержать власть.

В течение целого года улицы города были обагрены кровью. Бонифаций не щадил ни врагов, ни друзей - в его глазах все были врагами. Более того, приспешников своих он особенно ненавидел, ибо не мог забыть тех сумм, которые ему пришлось истратить на них.

Ужас и отчаяние царили в Риме. Всем грозила одинаковая участь; люди всех сословий ежедневно спрашивали себя, не пробил ли их последний час. Кроме обычных палачей, так сказать законных убийц, Бонифаций располагал шайкой наемников, которые без всякого суда расправлялись с намеченными жертвами.

А сам Бонифаций? Чем же он занимался во время этой непрерывной резни? Он развлекался! Вопли жертв тонули в непристойных и бесстыдных песнях его куртизанок и фаворитов, с которыми он бесчинствовал в своих покоях.

Спустя одиннадцать месяцев после восшествия на апостольский трон Бонифаций отдал богу свою праведную душу, и сонм ангелов протрубил вознесение непогрешимого наместника на небеса!


 

61. ПОСМЕРТНАЯ МЕСТЬ


Излишне говорить, что римляне и не собирались объявлять траур по случаю смерти Бонифация VII.

Умер он скоропостижно. Произошла ли его смерть от апоплексического удара, как утверждают многие летописцы? Весьма возможно: его образ жизни вполне располагал к смерти подобного рода, если вспомнить о его чревоугодии и непрерывных оргиях с женщинами: да и в связях с мужчинами он находил немалое удовольствие. Другие же авторы решительно заявляют, что римляне освободились от папы с помощью сильнодействующего яда.

Точно известно одно: всеобщему ликованию не было конца. Узнав, что отъявленный злодей свел счеты с жизнью, простолюдины и знатные вельможи столпились возле церкви святого Петра. Труп первосвященника вытащили из гроба и нещадно избили, затем, сняв с изуродованного покойника саван, поволокли по улицам до площади Марка Аврелия. Там его подвесили за ноги, сделав мишенью для плевков.

На следующий день решено было устроить ему достойные похороны, сбросив чудовище в сток для нечистот, и несколько священников, чтобы спасти от позора главу христианской церкви, ночью стащили труп и наспех похоронили за пределами города.


 

62. СУЕВЕРИЯ


Перейдем к XI веку, отличавшемуся грубым суеверием, диким фанатизмом и распутством под маской благочестия.

Окончания Х века во всем христианском мире ждали с трепетом. Многочисленные пророчества связывали с этой датой конец света и наступление "страшного суда". Духовенство, естественно, пыталось извлечь из этого всяческие выгоды.

На пороге близкой и неизбежной кончины люди заботились исключительно о будущей загробной жизни, о покаянии, способном умилостивить праведного судью. Самые отъявленные скряги отдавали церкви свои богатства, а священники, со своей стороны, всячески убеждали паству избавиться от бремени губительных земных благ, которые, как сказано в евангелии, являются главным препятствием на пути в рай.

Когда страшный год миновал, многие почувствовали себя оставшимися в дураках и горько пожалели о безрассудном страхе, побудившем их отдать все добро церквам и монастырям. Но было поздно! Клир никогда не отдает назад того, что, пусть даже по ошибке, попало в его карман. Напротив, ремесло духовенства как раз и заключается в том, чтобы околпачивать недалеких людей, готовых верить самым абсурдным пророчествам.

В тот век люди предавались магии, колдовству, астрологии; всякое суеверие воспринималось как нечто совершенно реальное. Надо отметить, что и священники не отставали от своей паствы. Магия пользовалась такой популярностью, а невежество было столь велико, что многие церковники сами занимались всякой чертовщиной, заменяя церковные таинства гаданием и колдовством.

Запуганный народ верил, что дьявол низложил бога и наступает царство антихриста.

Про папу Сильвестра II, пришедшего на смену Григорию V, упорно говорили, что он заключил союз с сатаной. Папа Сильвестр поражал современников математическими и философскими познаниями, которыми он якобы был обязан дьяволу. Некоторые летописцы всерьез утверждают, что Сильвестр достал из Севильи гнусную книгу, заключавшую в себе каббалистические формулы, с помощью которых Сильвестр заставлял Люцифера повиноваться себе; что дьявол обещал папе спасти его от смерти, если он откажется отслужить обедню в Иерусалимском храме.

"Сильвестр,- продолжают летописцы,- надеясь продлить свою жизнь, не совершал никогда паломничества в святую землю и продолжал предаваться кощунственному колдовству. Однако он испытал на себе, как коварны и обманчивы посулы дьявола. Однажды, когда святой отец совершал богослужение в базилике Святого Креста, называвшейся также Иерусалимским храмом, дьявол внезапно возник перед папой на алтаре и, схватив золотое распятие, знаменитое украшение часовни, ударил им папу с такой силой, что тот скончался через несколько минут".

Эта наивная легенда очень точно характеризует силу суеверия, которое грозило погасить в народе последние искры разума, уже весьма основательно омраченного религиозными формулами и обрядами.


 

63. КАМНИ ПЛАЧУТ И... ПЛЯШУТ!


После смерти Сильвестра II священники не преминули использовать в своих интересах легенду о сговоре между папой и дьяволом. Они распространили слух, будто папа Сильвестр перед смертью покаялся в том, что такой договор существовал, и попросил приближенных возложить его труп на катафалк, запряженный белыми лошадьми. добавив, что кони остановятся сами в том месте, где надлежит его похоронить.

Воля папы Сильвестра была исполнена в точности - кони якобы остановились перед Латеранским храмом, где останки папы и были преданы земле со всеми соответствующими почестями.

"С того времени,- пишет летописец,- более шести веков подряд каждый раз накануне смерти первосвященника, словно предвещая его кончину, стучат кости Сильвестра и плита на гробнице его покрывается кровавыми слезами..."

Не правда ли, жуть! Камни плачут кровавыми слезами, и кости, как костяшки домино, прыгают в могиле, будто говорят игрокам: "А ну, кому выпал шестерочный дубль,- начинай!"

Согласитесь, к подобным вещам надо привыкнуть, не каждый день они происходят. А если еще представить себе, что испытывает могильный червь во время работы, видя, как лакомый кусок содрогается, а затем пускается в пляс! Тут даже безмозглый червяк придет в ужас!

С другой стороны, какой блаженный покой сулит такое чудо любому святому отцу, тому, кто устремляет печальный взор в будущее, с трепетом ожидая последнего часа... Ему достаточно перед сном прогуляться к могиле папы Сильвестра, и, если там тихо, он может вернуться домой и спокойно предаваться ночным усладам.

Впрочем, не известно ни одного случая, чтобы ктолибо из святых отцов воспользовался пророчеством и пожелал узнать, когда неумолимые Парки оборвут нить его суетной жизни.

В середине XVII века при перестройке Латеранского дворца открыли пресловутую гробницу с телом папы, которую по преданию лукавый дьявол время от времени превращал в танцкласс. Как говорит легенда, тело казалось еще живым и благоухало ("О-ля-ля,- воскликнул бы наш Гаврош,- пока не поздно, пора давать тягу!")... но вдруг луч света озарил тело, адское пламя вырвалось из него, освещая все вокруг, и тело превратилось в пепел. остался только серебряный крест да пастырский перстень...

Разгадка проста: пламя - сам сатана, который, как последний дурак, позволил замуровать себя в гробнице и целые столетья играл в пасьянс с костями Сильвестра. Разумеется, когда открыли темницу, он поторопился удрать. Однако всякий благочестивый христианин обязан проникнуться благодарностью к -сатане: ведь, сохранив останки святого отца, дьявол облегчил работу всевышнему, когда тот начнет воскрешать мертвых в день страшного суда.

После этого события на могиле Сильвестра не случалось больше ничего необыкновенного. Священники и тут не преминули объяснить прекращение чудес то ли колдовством покойного папы, то ли исчезновением дьявола. А в XVIII веке, когда Монтескье, Вольтер и Дидро опубликовали свои знаменитые труды, предвещавшие Великую французскую революцию, церковный историк Муратори издал панегирик Сильвестру. Общий тон всего опуса характеризует следующее утверждение: "Чудо на могиле Сильвестра не должно никого поражать, так же как и последующее прекращение его. Ведь сколько плит на могиле святых, некогда источавших масло и манну, теперь не совершают таких чудес!"

Но зачем удаляться в XVIII век? Совсем недавно, при обсуждении закона об обучении в палате депутатов Франции, Поль Берт с трибуны процитировал ряд религиозных трудов, посвященных вопросам воспитания. Приведя возмутительные по своей безнравственности цитаты, он воскликнул, обращаясь к правым:

- Осмелитесь ли вы одобрить подобные предписания и наставления?

И один из клерикалов тут же ответил:

- Мы не имеем права обсуждать то, что написано отцами церкви.

Это заявление было встречено аплодисментами со стороны ультрамонтанской банды!

Таким образом, позиция церковников ничуть не изменилась за многие столетия: самые дикие и чудовищные утверждения воспринимаются как должные в наш просвещедный век, их не оспаривают. Тем хуже для них!

Прогресс гигантскими шагами идет вперед, и недалеко то время, когда воинствующая церковь, застывшая в своем грубейшем суеверии и фанатизме, будет выглядеть как едва уловимая точка на горизонте минувших времен.


 

64. ПЧЕЛЫ - ПРОРИЦАТЕЛЬНИЦЫ


О личности папы Иоанна XVII, сменившего Сильвестра II, мало известно. До нас дошли только сведения о его мстительности и жестокости: в этом смысле он ничем не отличался от большинства своих предшественников. Святой престол он занимал всего пять месяцев.

При нем произошел курьезный эпизод: один монах в Шалоне, Левтард, рассчитывая выудить деньги у доверчивых глупцов, провозгласил себя духовидцем; собрав народ, он сообщил, что ночью, когда он спал в поле, с ним случилось чудо: пчелы, как бы пронзив его тело, вошли сквозь анальное отверстие и, вылетев с шумом и шипением изо рта, возвестили, что ему предстоят великие дела, непосильные для простого смертного, с той поры он ощутил в себе божественную благодать.

Ему поверили. Он стал пророчествовать и довольно скоро сколотил сильную партию, которая стала требовать, чтобы ему предоставили епископскую кафедру в городе.

Жебуин, шалонский епископ, увидев, что дело принимает нешуточный оборот, счел необходимым вмешаться. Ему удалось развеять ореол вокруг этого духовидца. Разочарованный и оскорбленный народ так затравил монаха, что жалкий проходимец бросился в колодец.

Другому монаху пришла в голову сумасбродная мысль провозгласить Вергилия, Горация и Ювенала пророками. Странствуя по Италии, монах повсюду советовал верующим следовать их заветам, дабы удостоиться вечной жизни.

Первоначально он тоже имел успех, возникла даже целая секта его последователей.

Когда Иоанн XVII услышал о них, он приказал епископам нещадно истреблять всех членов этой шайки, где бы ни появились эти юродивые.

Убийство служило католикам ultimo ratio (крайним доводом), когда необходимо было навязать людям свои догмы.


 

65. ОДНИМ УДАРОМ САБЛИ


Иоанн XVIII сменил Иоанна XVII и продержался на святом престоле пять лет. Было бы утомительно скучно приводить нудный список всех его безобразий.

Перейдем к Бенедикту VIII, получившему тиару благодаря заговору графов Тосканелли.

Звериная жестокость Бенедикта VIII заранее восстановила против него народ. Не успел он взойти на престол, как вокруг него начала сплетаться густая сеть заговоров. Даже среди духовенства образовалась сильная партия. которой удалось провозгласить нового папу - Григория.

Бенедикт энергично сопротивлялся. Какое-то время он оставался хозяином Латеранского дворца, но Григорий не менее решительно отстаивал свои права и в конце концов изгнал соперника.

Бенедикт бежал в Германию, рассчитывая на поддержку Генриха II. Он получил ее без особого труда. Генрих II снарядил армию, и Бенедикт прибыл в Ломбардию. Испуганные римляне во избежание нового вторжения послали депутатов к Бенедикту, умоляя его вернуться в Латеранский дворец, и Григорию ничего не оставалось, как поскорее покинуть Рим.

Спустя несколько дней Генрих II одержал крупную победу над одним самозванцем и, чтобы утвердить себя единовластным правителем, вместе со своей супругой Кунигундой прибыл в Рим на торжественное помазание.

Папа извлек выгоду из этого торжества: помимо того, что возрос его авторитет, он подтвердил некоторые привилегии, данные первосвященникам еще при Карле II и Оттоне III.

Не успел Генрих II покинуть Италию, как сарацины вторглись в Тоскану. Бенедикт поручил епископам снарядить солдат и, возглавив войско, сам ринулся в бой.

Битва продолжалась три дня. Поначалу христиане терпели неудачу за неудачей, но в конце концов заняли все позиции противника. Еще бы, сам господь бог сражался с ними в их рядах!

Мы вовсе не собираемся умалять заслуги великого Саваофа, но, право, с тех пор как он появился на земном шаре, военные кампании, проводившиеся под его знаменем и во имя него, частенько заканчивались полной катастрофой. Не надо требовать от милосердного боженьки больше того, что он может дать! Совершенно очевидно, несчастный старик Саваоф оказывается в полной растерянности, когда, скажем, два короля, оба правоверные. объявляют друг другу войну по той лишь причине, что его величество Икс, принимая посла короля Зет, чихнул семьдесят пять раз, а посол-невежа пожелал страдающему насморком августейшему королю долго здравствовать лишь семьдесят четыре раза!

От всех этих тонкостей и бог может потерять голову! Представьте себе положение господа, когда в одно прекрасное утро он находит в своей обширной почте две молитвы следующего содержания:


 

66. ПЕРВАЯ МОЛИТВА


Милосердный и возлюбленный господь бог мой! Я собираюсь захватить с моими доблестными войсками королевство моего кузена Зет. Уповаю на твою помощь. Даруй мне силы изничтожить всех его солдат!!

Твой сын и раб король Икс и прочее, и прочее...


 

67. ВТОРАЯ МОЛИТВА


Прародитель мой!

Любовь моя безгранична к тебе, и потому внемли моим молитвам: мой кузен Икс, молодой отрок, возымел желание помериться силами с моими войсками. Сердце мое возликует, если чело мое украсится лаврами. Будь милосерден и даруй мне победу над этим хвастуном. Да исполнится молитва моя, но не раньше, чем две армии в поединке истребят друг друга, ибо, чем больше убитых, тем значительней победа.

Твой... К твоему милосердию... В помыслах о тебе... Король Зет и прочее, и прочее...

"Черт побери,- говорит Саваоф,- что же предпринять, чтобы ублажить двух монархов? Эти скоты, расплодившись по земле, заводят меня в тупик, уповая на мое всемогущество! Ей-богу, пусть сами распутываются! Не стану вмешиваться в их дела!"

Каков бы ни был исход, имеет ли право побежденный обвинять бога, что тот не внял его молитвам?

Разумеется, нет!

Вы видите, как беспристрастно мы оцениваем положение Саваофа. Разрешите же нам добавить, что битва состоялась, и, по всем признакам, бог нисколько не повинен в победе солдат святого отца над сарацинами.

Да и сам первосвященник, видимо, не очень-то рассчитывал на божественную помощь в своих бранных делах: он заранее построил в боевом порядке свои войска, укрепил берег стрелками, помешав кораблям противника доставить подкрепление.

Обычно язычники просто захватывают своих врагов в плен. Христиане же этим не довольствуются - религия повелевает устроить великое кровавое пиршество в ознаменование победы над неверными. И даже когда сарацины были перебиты, войска первосвященника предали всю местность огню и мечу. Дележ огромной военной добычи происходил тут же на поле брани. Самому папе досталась, представьте... жена сарацинского вождя, женщина поразительной красоты.

Святой отец слыл первостатейным распутником. Возможно, он отдавал предпочтение юношам, впрочем, oн не отказывался и от прекрасного пола. Но ни одного поцелуя не сорвал он с губ прелестной сарацинки. Жестокость этого изверга была сильнее, чем похотливость. Схватив обеими руками огромную саблю, он одним ударов обезглавил пленницу.

После этого наместник святого Петра обыскал труп, сорвал золотой обруч и драгоценности с тюрбана, украшавшего жертву...


 

68. КАК ОСТАНОВИТЬ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ


Разумеется, заголовок звучит, мягко выражаясь, немного наивно. Но удивляться нечему - мы сообщаем исторические эпизоды, заимствованные нами из церковной летописи, и вполне естественно, нам приходится попеременно стал киваться то с чудовищным преступлением, то с неслыхан ным образчиком глупости. Это неизбежно!

Вслед за крупной победой, одержанной Бенедиктов VIII над сарацинами, в Риме произошло землетрясение Случилось это в страстную пятницу, причем весьма знаменательно, что верующие почувствовали первые толчки в момент поклонения кресту.

Почему земля вздумала колебаться, повергая благо честивых римлян в ужас, в тот самый момент, когда народ распростерся ниц перед распятием?

На этот вопрос святейший отец, не колеблясь, дал разумный ответ: ниспослав такое бедствие, господь показал, что он гневается на людей, оскорбивших его в столь скорбные дни.

Оставалось лишь найти виновных. За этим дело не стало. Бенедикт объявил, что, по его сведениям, в тот самый час, когда благочестивые христиане поклонялись кресту, евреи совершали свои религиозные церемонии в синагоге. Небесный гнев могли вызвать только эти не счастные нехристи! Надо их подвергнуть суду и покарать!

Впрочем, зачем же их судить? Разве папа не является непогрешимым?.. И Бенедикт обнародовал декрет, приговоривший к обезглавливанию всех римских евреев. Их немедленно привели на лобное место и передали в руки палачу.

Ужасно, не правда ли?

Предыдущие главы нас, конечно, ко многому подготовили, и все же человеческий разум не может примириться с подобными фактами. Начинаешь даже надеяться, уж не преувеличены ли эти сведения или, может, они и вовсе ошибочны? Увы! Мы говорим на этих страницах только о реальных событиях, очищенных от всякого налета легендарности. Мы, правда, боремся с папизмом, но боремся честным оружием. Мы говорим: вот она, ваша церковь, хотите знать, чего она стоит? Познакомьтесь с теми, кто ее возглавляет (воры, убийцы, педерасты - все они таковы или почти все... Простите, среди них есть еще и деятели, вроде папы Пия IX, но с ним вы познакомитесь позже).

Возвратимся к землетрясению. Оно прекратилось после избиения евреев. Может, вы думаете, что церковные историки, повествуя об этом эпизоде, ищут смягчающих обстоятельств, пытаясь объяснить это кошмарное мероприятие? Что за вздор! Они прославляют первосвященника! И с потрясающим хладнокровием добавляют:

"После их казни ветер утих и земля не испытывала больше ужасных колебаний, которые раньше сотрясали святой город".

Невозможно найти более наглую апологию гнусного преступления.


 

69. ЧИСТИЛИЩЕ В СИЦИЛИИ


Бенедикт VIII, которого вовсе нельзя считать образцом благочестия, все же решил хоть как-то обуздать распущенный клир. Почтенный апостол, несомненно, завидовал своим подчиненным и хотел отобрать у них всех любовниц...- иначе чем объяснить внезапное пробуждение нравственности у его святейшества?

В 1020 году он созвал в Павии собор и, несмотря на противодействие многих прелатов, добился, чтобы было принято постановление, согласно которому все духовенство, как черное, так и белое, лишалось права жениться или иметь сожительниц.

Генрих II по просьбе первосвященника утвердил этот декрет, нарушителю грозил духовный и уголовный суд.

Сразу же отметим: разгул духовенства нисколько не уменьшился после декрета; никакие угрозы не помогли, и священники даже не считали нужным скрывать свои похождения. Как и до указа, церковники публично предавались разврату, чувствуя себя в полной безопасности. Да и как могло быть иначе? Ведь для того, чтобы осуществить на деле обнародованный указ, пришлось бы осудить все духовенство целиком. Все алтари опустели бы сразу. Что, несомненно, было бы крайне огорчительно!

Бенедикт VIII умер в начале 1024 года. Католические историки вполне серьезно сообщают, что после смерти он несколько раз являлся разным лицам с просьбой поминать его в молитвах. Какой же репутацией пользовался достопочтенный папа, если даже благочестивые церковники не считали его достойным сразу попасть в рай!

Летописец Платина уверяет, что какой-то прелат видел скелет святого отца Бенедикта в папском облачении. который мчался куда-то на черном жеребце. Епископ спросил его, куда он спешит, в ответ призрак крепко обхватил епископа, поднял с земли и перенес к месту, где были спрятаны сокровища. Он приказал епископу раздать все сокровища беднякам, дабы облегчить страдания, которые он, Бенедикт, испытывает в загробном мире за свои преступления.

Сигеберт и Петр Дамиани также утверждают, что однажды мертвец явился к своему преемнику и просил молиться за него, дабы смягчить пламя чистилища, на которое он был осужден за свои злодеяния; о масштабе преступлений можно судить по тому, что срок пребывания папы в чистилище был определен в тысячу лет.

Все эти легенды, однако, по своей комичности намного уступают басне Винцента из Бове, жившего двести лет спустя после смерти Бенедикта VIII и выполнявшего функции чтеца у короля Людовика Святого. Винцент торжественно заверял, что божественный приговор Бенедикту был условным и что один из клюнийских монахов получил откровение от самой пречистой девы, согласно которому "папу Бенедикта могли освободить от мук молитвы монахов Клюнийского монастыря и заслуги их аббата - святого Одиллона".

Значит, бог-отец, которого священники рисуют грозным судьей, не является таким уж неумолимым? Представьте себе, что на суд к нему является христианин, отягощенный преступлениями.

- Как зовут тебя? - спрашивает его всевышний.

- Бенедикт VIII, праведный судья.

- Ты обвиняешься в том, что воровал, убивал, совращал и насиловал, преступал все законы божеские и человеческие. Что ты скажешь в свое оправдание?

- Ничего, праведный судья.

- Отлично! Я приговариваю тебя к тысяче годам чистилища. Хочешь ли ты что-либо возразить против приговора? Отвечай. Каковы твои соображения по этому поводу?

- Я просил бы о том, чтобы наказание отбывалось мною на земле, в этой юдоли слез...

- Которую ты превратил в мусорную свалку?

- Господи, каждый делает, что в его силах.

- Так ты надеешься, что я верну тебя туда, где ты совершил столько мерзостей? Никогда в жизни. Все, что я могу сделать,- это осудить тебя условно. Если клюнийские монахи будут молить меня о спасении твоей души, я завизирую тебе пропуск в рай. Но запомни: молитва наспех, в несколько строк, или жалкая обедня за двадцать су меня не удовлетворят. Ты получишь полное освобождение от наказания, если монахи будут молиться как следует: денно и нощно служить молебны, соблюдать посты и снова молиться.

- Словом, они должны задобрить вас?

- Вот именно. Мой тебе совет: обратись к святой деве и проси ее стать твоей заступницей. Пречистая дева милосердна, и я склонен думать, монахи достаточно галантны и не откажут в просьбе прекрасной даме... что я говорю - молодой девушке, ибо материнство нисколько не испортило цветка ее невинности.

Этот гротесковый диалог в действительности является точным пересказом торжественного заявления Винцента из Бове. Это даже не пародия, а всего лишь шарж, который подчеркивает детали, но не искажает их. Он показывает, что церковные басни, которыми священнослужители пичкают верующих, являются, по существу, не чем иным, как грандиозной буффонадой.

По словам Винцента, после явления пречистой девы клюнийские монахи удвоили молитвенное рвение и добились освобождения Бенедикта VIII.

"И тогда,- добавляет Винцент,- покойный первосвященник сам явился в аббатство поблагодарить за спасение. В один прекрасный день, когда монахи стояли на молитве в храме, Бенедикт VIII, представ перед ними, сообщил о своем выходе из пламени Этны и описал божественные радости, которыми он наслаждался в небесном Иерусалиме".

Итак, приговоренные к чистилищу выходят из самого кратера и попадают прямо в рай! Какие счастливцы, эти жители Сицилии: на их острове находится само чистилище, а они, вероятно, и не догадываются о своем счастье!


 

70. ПИСЬМО ИИСУСА ХРИСТА


Бенедикта VIII на папском престоле сменил его брат Иоанн XIX.

Приблизительно в это же время умер Генрих II, оставив корону Западной Римской империи Конраду. В 1027 году Конрад с супругой Жизелью прибыл в Рим, чтобы получить освящение от папы. На этой церемонии присутствовал Кнуд, король Англии и Дании, приехавший к святому отцу с жалобой на чрезмерные налоги, взимавшиеся римской курией с паломников его королевства, а также с требованием уменьшить суммы, вносимые его архиепископами в папскую казну.

Денежный вопрос являлся самым уязвимым местом Иоанна XIX. Непомерной жадностью и корыстолюбием он превзошел всех своих предшественников, а они, как известно, тоже не были образцом бескорыстия. Впрочем, ко многим первосвященникам Рима можно отнести эпиграмму:

"Принимай, бери, воруй - вот три заветных слова у папы".

Никаких преград для него не существовала, когда речь шла об обогащении его казны. Чтобы получить аудиенцию у его святейшества, верующие должны были преподносить папе не просто подарочек (как современным гетерам за честь позавтракать с ними под одной крышей), а настоящие дары. Чем крупнее подношение, тем лучше прием. Не только паломники королевства Кнуда страдали от непомерной алчности святого отца, паломникам других стран приходилось не легче.

Иоанн XIX делал деньги решительно из всего: из отпущений, из благословлений и даже из отлучении.

Епископов очень раздражал меркантилизм папы. Спустя некоторое время после коронации Конрада в Лиможе собрался съезд французских епископов, запретивший римскому двору давать отлученным отпущение грехов без ведома местных епископов.

Смысл этого запрещения был примерно таков: занимайтесь своей коммерцией сколько угодно, но будьте деликатны, предупреждайте нас, чтобы и мы имели какуюто прибыль с этого дела.

Собор обсуждал также меры по установлению порядка во Французском королевстве. Дело в том, что после смерти ханжи Людовика Кроткого в империи Карла Великого началась полная анархия. Во Франции, Германии и Италии мелкие князьки воевали между собой, города подвергались разграблению, жителей безжалостно убивали, земледельцев, ремесленников, купцов преследовали как диких зверей. Народ непомерно страдал, а духовенству не было никакого дела до этого. И вдруг французские епископы проявили заботу о населении. Все объясняется очень просто: феодальные беспорядки ударили по казне. Во-первых, обнищание населения сильно отразилось на доходах церкви; во-вторых, алчные феодальные князьки дошли до того, что стали нападать на монастыри, сжигать храмы, убивать монахов, насиловать монахинь.

Вот почему епископы, собравшись в Лиможе, решили положить предел подвигам разнузданных феодалов.

Убедившись, что отлучением не очень запугаешь зазнавшихся герцогов и князьков, епископы решили заставить самого бога вмешаться в это дело. Было объявлено торжественное собрание, на которое приглашались верующие всей провинции. После обычных молитв и песнопений один из епископов обратился к огромной толпе со следующими словами:

- Братья мои, сообщаю вам великую новость: сам Иисус Христос в своем послании приказывает установить мир на земле. Я предлагаю вам выбрать представителей, которые убедились бы в подлинности письма, а затем мы ознакомим вас с волею бога.

Собор с ликованием встретил шарлатанское выступление. И тут же избрали комиссию из десяти епископов для проверки драгоценной корреспонденции.

Говорят, что авгуры античного Рима не могли смотреть друг на друга без смеха; надо полагать, что и христианские прелаты, достойные преемники этих авгуров, затратили много усилий, чтобы сохранять серьезное выражение лица во время столь ответственной экспертизы!

Процедура длилась недолго. Подлинность подписи Иисуса Христа была признана непреложной, и на том же соборе епископы присягнули, что послание действительно упало с неба.

В итоге Лиможский собор предписал: разослать письмо по всем христианским церквам, чтобы все верующие, независимо от ранга, обязались следовать наставлениям и заповедям, посланным свыше.

Мудрено придумать что-либо более нелепое и непристойное, чем эти наставления.

Иисус Христос, которого позднее скопирует старый муж в "Декамероне" Боккаччо, предлагал в письме своего рода "календарь любви".

Говоря точнее, бог разрешал супругам исполнять супружеские обязанности лишь в определенные, точно указанные им дни.

Понедельник, например, объявлялся запретным днем для супружеских отношений.

Кроме того, предписывалось: в пятницу сидеть на воде и хлебе, в субботу воздерживаться от мяса. Запрещалось с оружием в руках мстить врагам, а также захватывать монастырское имущество. Наконец, послание строго определяло отношения между полами: мужчинам разрешалось молиться с женщинами, но не насиловать их!

Только не думайте, что все это хоть в малейшей степени является вымыслом. Я еще раз подчеркиваю: мною ничего не выдумано! Можно оспаривать мои оценки, но в отношении фактов я соблюдаю величайшую осторожность: не искажаю их и не преувеличиваю. Да и к чему? История церкви в ее подлинном виде достаточно полна цинизма, глупости и мерзости, чтобы служить сокрушительным обвинительным актом против христианства.

В каждой епархии верующих заставляли присягать на евангелии в верности предписаниям, содержащимся в послании Иисуса Христа. Наказания, которые грозили ослушникам, были достаточно серьезны, чтобы у кого-то возникло искушение спорить или не соглашаться. Речь шла не только об отлучении, но и о конфискации имущества, а также о лишении прав на христианское погребение. В крайнем случае еще можно было рискнуть и быть готовым к первому и последнему наказанию, но конфискация имущества страшна всем: и благочестивым христианам, и неверующим.

Не скрою, нас интересует, разумеется, вопрос, каким образом священники могли проверить соблюдение супругами "календаря любви"? Собирались ли они подсылать пономарей во все спальни духовных детей своих?

По сему поводу церковные авторы ничего не говорят, о чем мы искренне сожалеем.


 

71. ДОЛОЙ ТИРАНА!


Римляне с нетерпением ожидали конца владычества Иоанна XIX. Они ничего не имели против того, чтобы он каждую ночь окружал себя хороводом привлекательных девушек и юношей, доставляемых ему со всей щедростью божественного провидения; но необузданный деспотизм первосвященника принял столь невыносимую форму, что против папы был организован заговор.

Святой отец, вероятно, не питал особых иллюзий относительно своей популярности и никогда не появлялся один, без достопочтенной свиты. Тогда заговорщики решили прибегнуть к оружию и открыто восстать.

Когда многочисленная толпа окружила Латеранский дворец, Иоанн XIX, поняв, что сопротивление бессмысленно, бежал в Германию под защиту Конрада II. Он не ошибся в своих расчетах: Конрад вскоре снова водворил его на святой престол, при помощи своих штыков, и Иоанн перед смертью еще успел насладиться местью и расправиться с заговорщиками.


 

72. ПАПА-МЛАДЕНЕЦ


Без преувеличения можно сказать, что Бенедикт IX, едва успев освободиться от объятий кормилицы, стал преемником Иоанна XIX; во всяком случае, когда наступила нежная отроческая пора, ему помогли вскарабкаться на святой престол. Короче, ему минуло всего двенадцать лет. Возраст не помешал ему проявить вскоре все пороки, которыми отличались самые распутные и жестокие его предшественники.

Бенедикту IX (настоящее имя его было Феофилакт) престол достался благодаря мошенничеству графов Тосканелли; знатные разбойники добились его избрания путем интриг, подкупа и угроз.

Император Конрад II из политических соображений покровительствовал этим могущественным феодалам; таким образом, и на нового папу распространилась его высочайшая милость.

Когда народ, пресытившись бесчинствами Бенедикта IX, изгнал его из Рима, Конрад II охотно пришел на помощь молодому первосвященнику и с триумфом вернул ему тиару.

Сила восторжествовала над законом - увы, не в последний раз!


 

73. ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО СЛОВ О БЕНЕДИКТЕ IX


Этот первосвященник запятнал апостольский престол настолько чудовищными преступлениями, что христианские писатели даже не пытались замалчивать или затушевывать позорные деяния святого отца.

Кардинал Бенно обвинял папу в том, что он сознательно пользовался дьявольскими средствами, прибегая к магии и колдовству, принуждая своих наложниц выпивать волшебные снадобья, чтобы вызвать пылкую страсть к себе. Кардинал утверждал также, что папа приносил жертвоприношения дьяволу, принимал участие в шабаше и неоднократно в лесу сносился с духами тьмы.

Эти утверждения наивны, вызывают улыбку и все же дают некое представление о Бенедикте IX. Пороки его столь безобразны, что историки в поисках объяснения вынуждены были прибегнуть к мистике и к ссылкам на дьявола.

Народ все больше и больше тяготился его властью, и наконец, после двенадцати лет насилий, грабежей и убийств, Бенедикта IX вторично изгнали из Рима.

Не будем радоваться раньше времени: нам еще придется встретиться с ним. Тиара ему к лицу, и он не откажется вновь увенчать ею свою августейшую голову!


 

74. ВРЕМЯПРЕПРОВОЖДЕНИЕ ПАПЫ В ОТСТАВКЕ


После того как Бенедикта "отстранили", епископ Сабинский, уже пытавшийся доказать свои права на престол, вновь ринулся в бой. Благодаря посулам, подкупу, щедрым дарам духовенству он был возведен на святой престол 26 декабря 1044 года под именем Сильвестра III. Понтификат его длился три месяца.

За это время Бенедикт IX с помощью могущественного дома Тосканелли подкупил разбойничью шайку, орудовавшую в окрестностях Рима, и всячески терроризировал население.

Чтобы покончить с пожарами и убийствами мирных жителей, римляне были вынуждены вновь открыть ворота города прожженному негодяю. Правда, на этот раз Бенедикт недолго оставался на престоле. Его оргии вызвали новый мятеж, и, не осмеливаясь больше рисковать - гнев народа был велик,- Бенедикт сам отказался от управления церковью.

Однако он считал, что такое самоотречение, естественно, должно быть соответствующим образом вознаграждено. Место, которое он уступал, настолько соблазнительно, что отдавать его даром было бы непростительной глупостью. После продолжительных переговоров и торгов Бенедикт продал святой престол священнику Иоанну за пятнадцать тысяч ливров золотом.

Если читатель думает, что, обстряпав выгодное дельце, мошенник бесследно исчез, то он ошибается. Папа еще не сказал своего последнего слова!


 

75. ТРИ ПЕРВОСВЯЩЕННИКА ОДНОВРЕМЕННО НА СВЯТОМ ПРЕСТОЛЕ


Получив деньги за тиару, Бенедикт IX считал, что он вполне честно узаконил эти действия, объявив своим преемником Иоанна XX. Однако и Сильвестр III дорого заплатил за свое избрание: три месяца на престоле никак не могли компенсировать тех сумм, которые он потратил на избирателей. И тогда оскорбленный в своих лучших чувствах Сильвестр III во главе вооруженной банды вошел в Рим и напал на папский дворец. Иоанн XX энергично сопротивлялся, и разгорелось ожесточенное сражение.

Тем временем Бенедикт IX, успевший растратить свои капиталы, пришел к выводу, что и ему следует попытаться овладеть тиарой, чтобы продать ее во второй раз. Долго не раздумывая, он ворвался в Латеранский дворец и с шайкой проходимцев выгнал папу, которого он же туда водворил. В свою очередь и Иоанн XX не пожелал покинуть город: деньги ведь он выложил на бочку! Словом, в Риме одновременно обосновались трое пап. Один обитал в церкви святого Иоанна, другой нашел приют у святого Петра, третий пригрелся в соборе святой Марии.

Что и говорить, Бенедикт IX, Сильвестр III и Иоанн XX отлично устроились! Почтенная троица заключила союз, разумно разделив между собой церковные доходы и плоды своих вымогательств и хищений. Каждую ночь веселые разбойники устраивали грандиозные оргии со своими наложницами и наложниками.

Как бледнеют перед теми пиршествами наши современные пирушки! Эти тиароносные сарданапалы в поисках новых запретных наслаждений стремились воскресить нравы Содома.

Соблюдая церковные традиции, почтенная троица отличалась необыкновенной щедростью в отношении своих возлюбленных и в короткий срок опустошила сокровищницу римских церквей. Драгоценные предметы божественного культа первосвященники приносили в дар культу Венеры. Ночь наслаждений они оплачивали драгоценным сосудом, дароносицей, распятием.

Апостольский престол уже не представлял для них никакого интереса, и потому надо было от него избавиться. Окончательно обанкротившись, святая троица устроила совещание; папы нашли поистине замечательный выход - они пустили святой престол с публичного торга.

После смерти Иоанна XIX, во времена понтификата Бенедикта IX, престол святого Петра продавался с аукциона в четвертый раз, продавался как мебель старой кокотки!


Jocys.com